ДУШАНБИНСКИЕ КАРТИНКИ

И хоть он ростом не велик —

Не выше всякого подростка,

Собой красив седой старик,

Живя открыто и не броско.

Ему целует руки ветр,

А солнце бороду ласкает,

И свод небесный, словно фетр,

Ему ичиги натирает!

«Бородатый старик…»

Бородатый старик,

С бородою седой —

Будто снег, бородой;

Разудалый старик.

Он весёлый игрец

Без печали и слёз;

Он без роз полон грёз

И на нае – игрец.

Он – по городу свет,

Улыбается всем:

Сколь ретив, столько нем

Золотящийся свет.

Волос бел в бороде,

Только старость – молчок! —

Посадил на крючок

Он в густой бороде.

Он затейник, шутник,

Весельчак, балагур —

Не бывает он хмур,

Потому и шутник.

Ходит в городе он

С песней ная в душе —

Не заплачешь уже,

Если светится он!

Бородатый старик

Ходит с наем везде —

На земле и звезде

Необычный старик!

Не до грусти тебе —

Не до жалоб и слов,

Будь к удаче готов,

И случится тебе!

Только слушай игру,

Не гони от себя

И воскреснешь любя,

Если примешь игру.

Только мимо нейди:

Суета ни к чему —

Поклонись ты челу:

Бессердечно нейди.

Бородатый старик

С бородою седой

Ходит рядом. Постой! —

Улыбнётся старик…

«Я снова слышу голос ная…»

Я снова слышу голос ная

И вижу чудо-старика —

Бредёт проулком тот, играя,

Смеясь и пенясь, как река.

В халате, сношенном до дыр,

В заплатах, будто звёзды в небе,

Идёт старик среди проныр —

Поёт душой о мирном хлебе.

Одежду лет, улыбок, слёз

Седой игрец давно уж носит —

В его саду ветвистых лоз

Да не наступит сердца осень;

Да ото сна очнёмся мы

И улыбнёмся тихо звёздам

Средь суеты, как средь весны,

Открыв дорогу светлым грёзам.

ДОБРЫЙ ДУШАНБИНЕЦ

Что мне Нью-Йорк? Зачем Париж?

Там жить свободно, говоришь?

Увы, мой друг, не стану охать —

И в Душанбе мне жить не плохо.

Ничуть душой я не кривлю

И не держу в кармане кукиш —

Свой город искренно люблю:

Любовь за деньги ты не купишь.

Богат лишь сердцем, не мошной;

Ни первый родом, ни последний,

И потому кажусь смешной —

Царей и дворников наследник.

Тружусь средь сирот и детей,

Любимых богом в мире оном,

И без корысти в груде дней

Я детворе служу с поклоном

Но всё ж люблю я Душанбе

Назло молве и прочим бедам —

Как на духу, скажу тебе:

Пока живу, я буду предан.