На волнах Приморья

В хороводе непонятных размышлений молодой человек пробыл в клубе еще полтора часа. Он стоял, слушая музыкантов, рассматривал довольно серьезную публику из числа подросшей двадцати пяти – тридцатилетней молодежи, пьянел от общей атмосферы, буравил взглядом приветливые лица дам, улыбался им, и дважды возвращался к бару, чтобы залиться пивом, на сей раз светлым, на сей раз «Балтикой». И когда время перевалило за полночь, размякшему молодому человеку захотелось на свежий воздух. Голова кружилась и легкие, наглотавшись табачного дыма курильщиков, лишь усиливали в организме отравляющий процесс.

Торопливой, размашистой походкой Никита бросился мимо бара, не глядя поставив на стойку опорожненный бокал. Еще немного, мимо балюстрады и кассы, в прихожую, на желтый свет импровизированного маяка, где на фоне нарисованных бочек и ящиков закручены вентили труб, напоминавшие пожарные гидранты. Воздуха! Воздуха!

Улица встретила тихо томным свечением придорожных фонарей и небом, нависшим и серым.

Машины редкие на шоссе, несколько человек у решеток снаружи, пара влюбленных у цветочного контейнера… целуются. Не поняв, пошло это или мило, Никита прошел к припаркованным автомобилям и, подбоченившись, замер, делая вид, что один из них его.

Приморская прохлада быстро провентилировала легкие. С видом ожидающего попутчиков, молодой человек повернулся к зданию – справа от клуба дверь ателье, слева – закрытые жалюзи цветочной лавки, чуть поодаль – гранитная лестница с огромной вывеской над ней: «Предотвращение, спасение, помощь».

«Какое странное соседство… – в мыслях промелькнуло у Никиты. – Рок-мюзик-бар и МЧС! Можно не сходя с места придумать подходящий анекдот… Эх, чувствую, нахлебаюсь я с этой Максеевой! Первый вечер в поиске встречи, а я уже прилично налакался по ее вине. Предотвратите мои приключения, спасите от одиночества, помогите остепениться!»

Заметив светящийся номер телефона доверия, молодой человек машинально потянулся к трубке своего мобильника, и включил его, сам не понимая зачем.

Увидев два пропущенных вызова – от матери и Леонида – он даже на миг протрезвел.

– Вот блин…

«Так, с мамой ясно, хотела узнать, когда вернусь, но уже спит, наверное. А что с этим? Посмеяться надо мной решил? Гад! Ну, не видать вам моей доли! Тысячу уже пропил, тысячу дам и перебьются.