На волнах Приморья

Время шло, автомобили проезжали мимо, шли пешеходы, и солнце на мгновение показывалось из-за туч, будто подглядывая – а что у вас здесь происходит? В пятый раз молодой человек был вынужден отвергнуть предложение учтивого трехглазого постового. Стыдясь за нелепое опоздание, Никита стоял, комкал в руках зонт и считал подмигивания – зеленый глаз, красный, желтый, и не было никого узнаваемого не на той стороне улицы, не на этой. И когда уже в сердцах он был готов перезвонить, одарив господина Зуборева еще более алогичной древнеславянской поговоркой, на горизонте появились физиономии согруппников, соратников, сподвижников, а на сегодня – собутыльников, всех тех, с кем нужно было провести этот бессмысленный вечерок, в попытке показать, что ему хорошо, что жизнь, сама по себе, это счастье, что хуже преступления не сделаешь, когда на празднике поддашься унынию, ну и так далее…

А колонна спускалась по ступенькам с тротуара и в ногу переходила улицу, веселя своим видом водителей, фиксирующих этот нелепый парад на видеорегистраторы.

Никита усмехнулся, в попытке вспомнить поименно всех: Леонид и Юлия, Сергей и Анна, Вячеслав и Марина, Артем и Лидия, Кирилл и Эрмине… Какое славное единение пять на пять, и только он один оказывается здесь лишним.

«Брюнетка в тихом омуте… Эрмине? – удивился Никита. – Мало того, что она из нашей группы, так ко всему армянка. С такой не забалуешь. Да и родни слишком много, у них всегда почему-то слишком много родни! Испорчу девку, увезут в Ереван и… напрасно старушка ждет сына домой, ей скажут – она зарыдает…»[10 - Строка из русской народной песни «Раскинулось море широко».

Молодой человек улыбнулся шире и глупый вид его был продырявлен недовольным взглядом первой пары, не сомневающейся уже, что он пьян. Никита протянул другу руку, вздрогнул и застыл, увидев замыкающего группы – ее одиннадцатого участника в постукивающих каблучках – Кристину.

«О, подлый! – негодовал Никита. – Он же знал, что она придет!»

Колонна рассыпалась, вновь образовывая круг, центром которого теперь стал Никита. Несколько вопросов и предположений, пара претензий и упрек, не любили во ВГУЭС непунктуальность, сердились страшно! Но ничего Никита им ответить не смог, просто стоял, как двоечник на родительском собрании, не на кого не смотрел и молчал.