Русская мечта

Забор высокий, глухой, с улицы ничего не увидеть. Светлана Константиновна бросала на траву суконное одеяло и вытягивалась на нем, стянув с горячего тела коротенький сарафанчик. Да его хоть не стягивай, все равно все видно. Ну, совсем всего Виталик, конечно, не видел, но все равно убедился, что женщины сильно отличаются от мужчин. И не только тем, что писают сидя.

Как-то после короткой, но сильной грозы улицу залило водой. Вода в колее от жары зацвела, покрылась жирной ряской. Вовка Зоболев, кореш, когда шли по дороге, уверенно заявил: «Если в такую воду жопой сесть, сразу погибнешь».

«Почему?»

«Это же не вода. Это голимые микробы».

«Спорим на гривенник?»

Виталик знал, что у Вовки есть означенная монетка, даже две.

«Ну спорим».

Вовка, дурачок, думал, наверное, что Виталик сам сядет в зацветшую колею. Но Виталик оказался умнее. Как раз пробегала мимо Люська Федорова (Людмила IV), вот он и крикнул Вовке:

«Пинай ее вниз!»

Вовка пнул и Люська оказалась в зеленой ряске.

Почти две минуты они бежали за визжавшей Люськой.

Она скакала по улице как зеленая лягушка, вся в ряске, и Виталик ужасно волновался: «Обязательно доскачет до дому, не погибнет! Вот увидишь, – торжествовал, – доскачет!» – А Вовка угрюмо возражал: «Погибнет. – Он уже понимал, что пролетел на гривенник, но возражал. – Упадет у сельсовета».

Но у сельсовета плачущая Люська не упала. Зато, когда довольный Виталик забежал домой попить квасу, дед хмуро поинтересовался:

«Кто это там визжал?»

«Да так, дура одна».

«В чулан!» – сразу определил дед.

Несправедливо, конечно, зато Виталик опять увидел Светлану Константиновну.

Молоденькая учительница в цветастом коротком халатике неторопливо расхаживала по огороду с тетей Валей, соседкой, и довольно жаловалась: «Вот огурцов нынче уродилась прорва, убирать никаких рук не хватит!» Цветастый халатик на учительнице был такой коротенький, что, когда она поднимала руку, мелькали внизу тоже цветастые трусики.

«Для того у тебя мужик имеется», – мудро напоминала много пожившая на свете тетя Валя, тяжелая, рыхлая, в темном платье.

«Ага, его заставишь! – безнадежно отмахивалась Светлана Константиновна. – Все говорит, что занят срочным ремонтом, а сам третий вечер подряд приходит домой поддатый».

У Витальки тут же родился план.

Дождусь, решил, когда никого не будет, и спущусь в огород.