Ледяное сердце

Правда, такое времяпровождение Пушистеньке быстро надоедает, и он идет дальше искать себе развлечения. Например, ловить бегающие скелетики мышей – с недавних пор мы ввели такое практическое задание на некромантии. Недомагам полезно, Пушистеньке забавно.

Сейчас все двенадцать килограммов счастья развалились на письменном столе и изволят мурлыкать. На моей руке, сжимающей перо, покоится лохматая морда, и на меня смотрит жуткий глаз, в котором горит колдовской огонь. Когда-то этот глаз Пушистеньки перестал видеть, и его затянуло белое бельмо.

Оно тоже выглядело не лучшим образом, но, пожалуй, симпатичнее, чем огненное. Другой глаз – самый обычный, но его кот чаще всего щурит.

Что кот видит сейчас, я не знаю и не уверен, что хочу знать. Одна из вытянутых лап достает до моего предплечья, и при каждом утробном, мурлычущем звуке когти впиваются в меня через рубашку.

– Вот что же ты за тварища-то такая? – с нежностью спрашиваю я, разглядывая жуткую животину, мешающую работать. Кот словно понимает слова, потому что приподнимает голову и, прищурившись, смотрит на меня.

На его морде отчетливо читается: «Что создал, то и люби».

– Да люблю, люблю, – вздыхаю я обреченно и чешу за ухом. Пушистенька мурлыкает, словно тигр. На его устрашающей морде выражение блаженства. Только природная ловкость, помноженная на опыт общения с кровожадной тварью, которая некогда была моим котом, позволяет вовремя убрать руку. Клацают клыки, и Пушистенька обиженно шипит, оставшись без законной добычи.

Думаю, он убежит искать себе новую жертву, но нет. Сегодня кот проникся нежностью ко мне. Растягивается во весь свой немалый рост, изгибается на бумагах и, подумав, скидывает с края стола чернильницу на пол.

– Ну, скотина же! – шиплю я, но не встаю убирать. Кот, свесив голову с края стола, с интересом смотрит на учиненное безобразие, и следом за чернильницей летит пресс-папье. Его, впрочем, не жалко, подарок из министерства – золотая и бесполезная штуковина.

Хвост Пушистеньки мотается из стороны в сторону, смешивая документы и показывая, насколько скотина недовольна жизнью.

Впрочем, с тех пор как я не очень предусмотрительно попытался продлить жизнь своему любимцу, Пушистенька ненавидит весь мир и делает все, чтобы мир начал отвечать ему взаимностью.

– Кэвин! – ору я, и в дверь просовывается голова моего помощника, а потом заходит и он сам.

– Да, учитель?

Ну еще бы реверанс сделал. Стремление Кэвина угодить раздражает, но он лучший.