Как вам это понравится. Много шума из ничего. Двенадцатая ночь. Перевод Юрия Лифшица

Да! Но обещайте

Своих суждений грядку прополоть;

Из них одно, – о том, что я умен,

Разросшееся буйно, – истребить.

Я привилегий ветра добиваюсь:

Свободно дуть куда ни захочу.

Кто будет ранен глупостью моей,

Пусть рассмеется – что взять с дурака!

Зачем смеяться? Это так же ясно,

Как в церкви петь священные псалмы.

Ведь человек, которого кольнет

Дурак остротой, будет в дураках,

Не проявив бесчувственность к насмешкам.

Так обнажают глупость мудрецов

Намеками небрежными глупцы.

Давайте мне дурацкий плащ и право

Болтать о чем угодно, – я берусь

Очистить этот прокаженный мир,

Когда он стал бы у меня лечиться.

ГЕРЦОГ. Я знаю, чем был кончилось леченье.

ЖАК. Чем – на пари, – как не выздоровленьем?

ГЕРЦОГ. Клеймить порок – вот худший из пороков

Того, кто сам развратничал когда-то,

Своей животной похоти служа.

Тебя твоя свобода наградила

Лишь опухолями и гнойниками.

Ты б ими заразил наш бренный мир.

ЖАК. Ужель, громя гордыню вообще,

На личности упреки переносят?

Иль не кипит она, как море в шторм,

Пока не утомится в клокотанье?

Кого из женщин городских заденешь

Словами, что иные горожанки

Нарядов королевских недостойны?

В кругу своих соседок, кто из женщин

Подумает такое о себе?

Ответит ли беднейший из людей

На твой вопрос, где взял он свой наряд,

Что выклянчил? Скорей всего, солжет

И тем откроет собственную глупость, —

И волен ты высмеивать ее.

Но разве этим ты его унизишь?

Он ложью унижает сам себя.

Скажи он правду, шуточек твоих,

Как уток перелетных, никому

Присвоить не удастся. – К нам идут.

Входит ОРЛАНДО с мечом в руке.

ОРЛАНДО. Не ешьте больше!

ЖАК. Мы еще не ели.

ОРЛАНДО. Не ешьте вовсе, дайте есть нужде.

ЖАК. Откуда взялся этот петушок?

ГЕРЦОГ. Скажи нам, ты от горя обнаглел

Иль отродясь на вежливость плюешь

И правил никаких не соблюдаешь?

ОРЛАНДО. Вы правы, сэр. Горчайшая нужда

Ожесточила сердце мне настолько,

Что я теперь невежею кажусь,

Хотя я знаю правила приличья,

Поскольку жил в столице.

Я повторяю, к пище прикасаться,

Пока я сам не удовлетворен,

Не то умрете.

ЖАК. Первым я умру,

Когда мы вас не удовлетворим.

ГЕРЦОГ. Скорее силой вашей доброты,

Мы к вам добрее станем, а не силой.

Что вам угодно?

ОРЛАНДО. Дайте мне еды.

ГЕРЦОГ. Присаживайтесь к нашему столу.

ОРЛАНДО.