Деяние Луны

Было видно, что глава, как и остальные старейшины, ждал от юноши возмущений, и потому, когда тот покорно склонил голову, соглашаясь с решением, искренне удивился.

«А сколько слов, наверное, было заготовлено», – подумал Константин, наслаждаясь тем, что запланированный спектакль не удался:

– Хорошо. Значит, Лидия тоже участвует?

Он увидел, как старик вздрогнул, и густые брови сошлись на переносице, превратившись в одну линию.

– Вы слишком предсказуемы, – ответил принц на незаданный вопрос.

Все молчали. Было слышно лишь тяжёлое дыхание Елисея, который, окинув испытующим взглядом юношу, с подозрением покосился на совет.

Не надо было быть телепатом, чтобы догадаться, о чём думал старик, но даже знание этого не могло придать Косте уверенности.

«Лида, Лидочка… – в его памяти всплыло прекрасное лицо девушки. – А это удобно, да, Елисей? – думал Константин. – Иметь влюблённую правнучку, готовую на всё, лишь бы оказаться со мной в одной постели? Свести нас во время обряда? Попытка-то хорошая, но кто поручится за её успех? Ты не пошёл бы на это, не будучи уверенным в победе, не подставил бы свою любимицу.

Значит, где-то ловушка. Что же делать? Продолжать стоять здесь и вести пустую беседу, надеясь разговорить их? Глупо и безнадёжно. Слишком много ртов, которые при необходимости смогут заткнуть друг друга. А значит…»

Костя встал и, поклонившись присутствующим, направился к двери.

– Мы ещё не закончили, – произнёс кто-то.

– Я буду участвовать, – резко сказал принц, удивившись тому, насколько жёстко прозвучал его голос.

«И этих бы… Как тех предателей, чьей кровью он омыл землю».

Чтобы как-то скрасить последнее мгновение, юноша одарил стариков самой очаровательной, какую только смог из себя выдавить, улыбкой:

– Вы же знаете, что я не любитель посиделок. Долгие беседы наводят на меня скуку.

Дверь с грохотом захлопнулась, и принц почти бегом направился к выходу, стремясь поскорее оказаться на свежем воздухе, чтобы избавиться от запаха плесени, который, казалось, преследовал старейшин.

Данила уже ждал его, сидя на высоком заборе.

«Опять охотился», – подумал Костя, увидев раскрасневшегося брата.

Белые, словно первый снег, волосы сливались с бледной кожей, на которой алыми пятнами выделялись щёки, и только небесно-голубые глаза, обрамлённые длинными чёрными ресницами, могли соперничать с ними в яркости.

Его внешность внушала поселенцам страх.