Государыня for real

Обер-камергер нехотя пообещал Левинсону интервью со своей венценосной начальницей и, насупившись, надолго замолчал.

– Все-таки что за змея эта Мелисса, – сказала Екатерина деду, шествуя по полированной мостовой и вымученно улыбаясь всем вместе и каждому в отдельности. – Украла у меня праздник. Теперь все про нее будут говорить, а не про меня! – Императрицу охватила жгучая обида.

– Ребенок ты совсем, Катенька, – усмехнулся дед в бороду.

– Ох, дедуля, а ведь я даже не знаю, откуда берутся премьер-министры, – с ужасом осознала Екатерина и даже остановилась.

 – Где мне нового главу правительства отыскать?

– Не беспокойся, внученька, – Константин Алексеевич ей весело подмигнул, – всему свое время.

– А кстати, как она посмела так внезапно уволиться? – запоздало возмутилась Екатерина, не забывая при этом помахивать ручкой каким-то орущим детишкам. Процессия уже вступила во двор Зимнего, оставалось всего несколько метров до входных дверей. – Разве так можно?

Константин Алексеевич кивнул:

– Закон о государственной службе, принятый еще твоим прадедушкой, моим папулей Алексеем Вторым.

Госслужащий, уставший от своих обязанностей, имеет право на немедленную отставку – работа на таких постах должна быть исключительно добровольной и с хорошим настроением, а то натворит дел чиновник, которого силой заставят отработать даже неделю! Жалованье у них маленькое, так что это только по призванию души… Эх, мудрый был человек мой батюшка Алексей Второй, убежденный буддист – наверняка перевоплотился во что-нибудь хорошее.  – Дед задумчиво погладил пушистую, как у Санты, бороду. – Мне нравится думать, что он перевоплотился в мои виноградники. Я иногда чувствую его там. Ты случайно не в курсе, Катенька, буддистам разрешено реинкарнироваться в растения? Или только в животных?

– И этого я тоже не знаю, дедушка, – мрачно призналась Екатерина. – Разбираюсь только в лошадях и гаджетах. Знаешь, по-моему, любой случайно выбранный гражданин и то больше подошел бы на роль монарха, чем я.

– А ну-ка выше нос! – скомандовал Константин Алексеевич. – Что за пораженческий настрой? С таких слов госперевороты начинаются! Зря мы, что ли, всей страной отвоевывали для тебя трон у чумички Головастикова? Давай-ка соберись и штурмуй Зимний. У тебя еще бал впереди.

По парадной лестнице Екатерине удалось вознестись как индуске, привыкшей с детства таскать свои личные вещи в плетеной корзине на голове. Хрустальная корона даже не шелохнулась.