Немой набат. 2018-2020

В итоге сомнения, с которыми Богодухова восприняла предложение о путешествии на Южный Урал – у Аркадия там дела, – повернулись иной стороной. Конечно, надо соглашаться. Обязательно! Очень, очень кстати такая поездка – возможно, ответит на все вопросы: либо прочь неясные настороженности, либо вскроет причины тревожных мыслей. «От винта!» – скомандовала она себе, отбросив колебания и изготовившись к миссии «гражданской жены», как представил её кому-то Подлевский.

Командировочная жизнь оказалась привлекательной.

После утреннего табльдота в отеле Аркадий исчезал по делам, а Вера отправлялась на экскурсии по центральным улицам и магазинам. Обедали вместе, и он снова куда-то уходил. А по вечерам их приглашал в гости кто-либо из новых разночванных, вплоть до мелкочиновной публики, знакомых Подлевского.

Хотя Вера при таких встречах выполняла роль статиста, эти посиделки были для неё интересны и поучительны, ибо открывали доселе незнакомый мир политических интриг. Она, разумеется, не запоминала фамилий, во множестве звучавших в длительных беседах – иногда за бокалом вина, – однако быстро начала входить в суть обсуждаемых вопросов, далеко не всегда понимая их глубинные смыслы.

Особенно врезался в память визит к некоему Валерию, по словам Аркадия, человеку, не обременённому должностями, однако состоятельному и весьма в местных кругах влиятельному. Его большой домашний кабинет со старинным резным письменным аэродромом производил впечатление. Под высоким, тоже резным, торшером уместился уютный уголок из трёх кожаных кресел и стеклянного кругляша для кофейного сервиза или бокалов.

И едва Аркадий вальяжно расположился в одном из кресел, как сразу продолжил разговор, видимо, начатый днём, в неподобающей для откровений обстановке.

– Значит, у вас, Валерий, нет абсолютной веры в то, что российский маятник после Путина качнётся в сторону прозападных настроений?

– Понимаете, Аркадий Михайлович, – неторопливо, басовито и манерно, даже фигуристо заговорил Валерий, – я хотел бы выстроить наш обмен мнениями не на моих пожеланиях, кои, насколько я полагаю, у нас с вами одинаковы, а на обзоре сомнений в реальности чаемых нами целей.

Некоторые разночтения будут проистекать не из различия позиций и принципов, а из намеренно обостряемых мною оценок ситуации.

– Отлично! – воскликнул Подлевский. – То есть мы не будем поддакивать друг другу, а, как принято говорить в известных кругах, пойдём на глубину?

– Вот-вот, совершенно верно.