Винный склад

Если же кто-нибудь, выйдя изъ массы нуждающихся, поднимается надъ ней, благодаря уму и способностямъ, – вм?сто того, чтобы хранить в?рность своимъ по происхожденiю, служитъ опорой братъямъ, онъ переходить въ станъ къ врагамъ, поворачивается спиной къ ста покол?нiямъ своихъ предковъ, угнетенныхъ несправедливостью, и продаетъ себя и свои дарованiя палачамъ, лишь вымаливая себ? м?стечко среди нихъ. Нев?жество – самое худшее рабство, самое страшное мученiе б?дныхъ! Но просв?щенiе индивидуальное, обученiе отд?льныхъ лицъ совершенно безполезно: оно служитъ только для того, чтобы создать роты дезертировъ, переб?жчиковъ, которые сп?шать стать въ ряды непрiятеля! Необходимо, чтобы вс? обучались, чтобы вся большая масса поняла бы наконецъ свое могущество.

– Вс?, вс?, понимаете вы меня, донъ-Фернандо? Вс? сразу, съ возгласомъ: «Мы не желаемъ больше обмана, мы не хотимъ больше служить вамъ, чтобы теперешнее неустройство продолжалось еще долго».

Донъ-Фернандо высказывалъ свое одобренiе утвердительными кивками головы, ему нравилась эта мечта невинности.

Изм?нить весь строй мiра безъ кровопролитiя, съ помощью волшебнаго жезла ученiя и знанiя, безъ вс?хъ этихъ насилiй, внушавшихъ отвращенiе н?жной его душ?, и которыя всегда кончаются лишь пораженiемъ несчастныхъ и жестокимъ возмездiемъ власть имущихъ; что за прекрасная мечта!.. Но кто же окажется въ силахъ разбудитъ всю массу б?дняковъ, внушитъ имъ одновременно страстную в?ру этого б?днаго юноши, идущаго ощупью, съ глазами, устремленными на св?тлую зв?зду, которую одинъ онъ видить!. .

Н?сколько идейныхъ рабочихъ, и въ числ? ихъ н?которые старые товаршци Сальватьерра, подошли къ нему. Одиннъ изъ нихъ, Хуанонъ, сказалъ:

– Многое изм?нилось, Фернандо. Мы отступили назадъ, и богатые стали сильн?е прежняго!

И онъ началъ разсказывать о режим? террора, принуждающаго къ молчанiю все крестьянство. При мал?йшей жалоб? батраковъ сейчасъ же начинаются крики, что воскресаетъ черная рука.

– Что это за «черная рука!» – гн?вно воскликнулъ Хуанонъ. – Онъ претерп?лъ гоненiе и судъ, потому что его обвинили въ томъ, что онъ членъ этого общества, а онъ не им?етъ ни мал?йшаго понятiя о немъ. Ц?лые м?сяцы провелъ онъ въ тюрьм? съ другими несчастными. Ночью его выводили изъ тюрьмы для допроса, сопровождаемаго истязанiями въ темномъ одиночеств? полей. Еще теперь у него на т?л? немало рубцовъ отъ тогдашнихъ ударовъ и тогдашняго жестокаго избiенiя.