Забери мою жизнь

И тут парень поднял ладонь и тихенько так: «Умри!» И козлина сдохла.

– Вау! – потрясенно произнесла я.

– Я к чему: беднягу с дырявой черепушкой приняли на факультет не за красивые глаза. Он хоть ничего не помнит о себе, но маг очень сильный.

– Это точно, – вынуждена была согласиться я.

Глава 4

Ларнис

После того, как я оживил на вступительном испытании козла, одногруппники долгое время странно на меня косились. И я их не осуждаю. Если бы кто-то на моих глазах превратил неподвижный труп в необузданное чудовище и сам при этом хранил загадочное и зловещее молчание, я бы тоже поостерегся заводить знакомство с этим типом.

То есть со мной.

Беда в том, что за загадочным молчанием крылась растерянность. Я и сам не понял, что сделал. Декан приказал вдохнуть жизненную силу, и я представил это буквально: будто я вдуваю воздух в распухшие ноздри «учебного материала № 5». Не успел вообразить, как козел поднялся на ноги и устроил светопреставление. Упокоил я его тогда, когда увидел, что от меня к нему тянется прозрачная нить силы.

Разорвал ее, и страшилище в один миг превратилось в безобидную тушу. Слегка пованивающую. Пора уже обновить материал для испытаний, стыдно выставлять такое безобразие для тренировок.

Я так и сказал мэтру Ригасу.

– Да-да, – согласился декан факультета ментальной магии, пристально рассматривая меня.

Так же, как мэтр Орто при первой встрече. Не могу понять: это особый пронзительный взгляд декана, который должен узреть мои студенческие способности? Или что?

– Ну ты наглый! – сказал Рум, оборотень из нашей группы.

 – Или тебя действительно серьезно приложили. Тебя еще не приняли, а ты уже лезешь со своими ценными советами. Может, по их меркам, чем страшнее трупень, тем лучше! Останутся только самые крепкие!

Я промолчал, но в чем-то Рум прав. Может быть, при ударе пострадала та часть рассудка, что отвечает за выдержку? Любопытно, не задеты ли другие области? И как это выяснить?

За ужином Нарв, гоблин, подлил масла в огонь.

– Ты ведь знаешь, кем был Ларнис Валерийский? – спросил он прямо.

Разговоры за столом тут же стихли, все делали вид, что заняты едой, а сами прислушивались. Всем было интересно, что я отвечу.

– Темный некромант и создатель запрещенных заклятий, – пожал плечами я.

Сказал так, будто мне известен весь жизненный путь Ларниса, хотя я знал лишь то, что рассказал мэтр Орто.