Николай Некрасов. Его жизнь и литературная деятельность

Вот, например, диалог, в котором душа в ответ на соблазны тела гордо заявляет:

Прочь, искуситель! Не напрасно

Бессмертьем я освящена!

…………………..

И хоть однажды, труп бессильный,

Ты мне уступишь торжество!

В другом стихотворении великолепный некогда, а теперь разрушенный Колизей находит утешение в мысли, что хотя он и погиб, но уже много столетий стоит, не обрызганный живой человеческой кровью. Или – стихотворение «Мысль»:

Спит дряхлый мир, спит старец обветшалый…

Скрой безобразье наготы

Опять под мрачной ризой ночи!

Поддельным блеском красоты

Ты не мои обманешь очи.

Все это выражено, правда, по-детски, в неярких и подчас аляповатых стихах; однако сквозит во всем этом серьезное, вдумчивое отношение к жизни; уже и здесь перед нами не просто лишь созерцательная поэтическая натура, непосредственно и безразлично отдающаяся «всем впечатленьям бытия», а мыслящая душа, предъявляющая к жизни свои требования и запросы.

Вот какие негодующие строки находим, например, в стихотворении «Жизнь»:

Из тихой вечери молитв и вдохновений

Разгульной оргией мы сделали тебя [2 - то есть жизнь.],

И гибельно парит над нами злобы гений,

Еще в зародыше все доброе губя.

Себялюбивое, корыстное волненье

Обуревает нас, блаженства ищем мы,

А к пропасти ведет порок и заблужденье

Святою верою нетвердые умы.

Поклонники греха, мы не рабы Христовы;

Нам тяжек крест скорбей, даруемый судьбой;

Мы не умеем жить, мы сами на оковы

Меняем все дары свободы золотой.

…Искусства нам не новы:

Не сделав ничего, спешим мы отдохнуть;

Мы любим лишь себя, нам дружество – оковы,

И только для страстей открыта наша грудь.

И что же, что оне безумным нам приносят?

Презрительно смеясь над слабостью земной,

Священного огня нам искру в сердце бросят

И сами же зальют его нечистотой!

За наслажденьями, по их дороге смрадной,

Слепея, мы идем и ловим только тень;

Терзают нашу грудь, как коршун кровожадный,

Губительный порок, бездейственная лень.