Сердце, скованное льдом

 – Чтобы они из себя представляли, если бы я не приютил их тогда? Я дал им образование и научил подобающим манерам. Дал им то, что они сейчас имеют: крыша над головой, автомобиль и прочее.

– Как это благородно с вашей стороны! Но где их родители?

– Автокатастрофа, несчастный случай.

– Какой ужас! – Всплеснула руками женщина. – Но не будем о грустном.

На лице у Лады не дрогнул ни один мускул. Она даже не думала о том, чтобы похвалить его или восхититься им, как мать. Хотя та скорее всего делала это из лести.

Сама Лада, выслушивая гостя-хвастуна, едва не скрипела зубами от злости. Ей было обидно за братьев Гладковых. Создавалось впечатление, будто бы без Гришина они никто и звать их никак.

– Но ведь это неправда, – говорила себе Лада. – Максим и Тимофей вполне способны обходиться и без его подачек.

А в это время на кухне негодовал Макс – дядя опять вывел его из себя.

– Нет, ты подумай, Тимка, с какой свиньей мы имеем дело. Кусок дерьма! Как он унизил нас перед матерью Лады.

Уму непостижимо!

– Макс, что я тебе говорил? Быть выше его оскорблений. Ешь давай, а то суп остынет.

Тимофей был спокоен как удав, он давно научился не обращать внимание на оскорбления со стороны опекуна.

– Твоему спокойствию можно только позавидовать, братец, – сказал Макс.

Он зачерпнул ложку горячего супа и проглотил его. Потом еще и еще. Макс почти не жевал и поперхнулся. Тим заботливо подал ему стакан воды.

– Спасибо, брат.

– Ешь нормально, не торопись.

А тем временем Елизавета Ивановна старалась исполнить просьбу внучки и выдворить Гришина с этой вечеринки.

Она задавала провокационные вопросы, язвила, приставала к нему под столом, а потом делала вид, что ничего не происходит.

– Даниил, вам, если я не ошибаюсь, уже 45. А вы всё еще не женаты. Почему?

– Потому что еще не встретил свою судьбу, – ответил Гришин, и в свою очередь спросил её. – А вы, Елизавета Ивановна, почему так и не вышли замуж?

– Мой ответ ничем не отличается от вашего.

И всё же у вас есть хоть кто-нибудь на примете?

– Есть, но женщина, которую я хотел бы назвать своей женой, не принимает мои чувства всерьез.

– Она вас не любит?

– Скорее всего. Грустно это осознавать.

– А что вы делаете, чтобы добиться расположения этой женщины? Вы заботитесь о ней, задариваете подарками, комплиментами. Вы честны с ней. Как именно проявляется ваша симпатия?

– Послушайте, Елизавета Ивановна, – начал терять терпение Гришин.