Сердце, скованное льдом

– Извинения приняты. А теперь давай вернемся к нашим баранам. Сколько у тебя получилось?

– Двести семьдесят пять голов крупнорогатого скота доставили на ферму.

– Правильно.

– Как? – удивилась Аня. – Ты уже посчитал?

– Давно уже.

– Невероятно!

– Я же в отличие от некоторых дурью не маюсь, – сказал Макс и погрузился в чтение журнала.

Спустя несколько дней Тимофей заехал за Ангелиной в центр, где она занималась фехтованием.

Как прошла тренировка? – Спросил Тим.

Они сидели в кафе и с аппетитом поедали блинчики с кленовым сиропом, запивая их молочным коктейлем.

– Как всегда, – откликнулась девочка. Ничего нового. Готовимся к предстоящим соревнованиям, тренер дает нам последние наставления перед поездкой. У меня большой шанс стать призером – так тренер говорит.

– Я в этом не сомневаюсь, – с улыбкой сказал Тим. – Значит, выезжаем завтра утром. Ты всё что нужно уложила в свою сумку?

– Я даже еще не начинала. Куда спешить?

– Да, это верно.

– Вы с Максимом тоже подсуетитесь, возьмите теплые свитера.

– Как скажешь! – Тим усмехнулся. – Что еще по-твоему нам пригодится?

– Средства личной гигиены и запасное нижнее белье. Ведь мы с ночевкой поедем. Вечером можно будет сходить в душ. Мама уже позвонила и забронировала два номера в отеле.

– Предусмотрительно с её стороны, – отметил Тим.

Он открыл папку и достал оттуда расписание, которое получил от Лады. Следующим после обеденного перерыва была репетиция концерта, посвященного Дню матери.

– А что ты будешь делать на этом концерте, петь или танцевать? – Спросил Тимофей Ангелину.

– Я буду вести этот концерт! – Гордо ответила она. – Я и мой друг Сева.

– Значит будет дуэт! Я рад за вас обоих, честное слово!

– Разделяю твой позитив, – сказала Ангелина, – но все равно немного волнуюсь. У меня же это впервые!

– Ничего страшного, с тобой ведь будет Сева. Не ты ли говорила, что он всегда тебя выручает и вам комфортно вдвоем.

– Да, это правда.

Тут катализатор «папа» сработал, и девочка у всех на глазах разразилась громкими рыданиями, уткнувшись в грудь сидящему рядом Тимофею.

– Тише, милая моя, – как мог успокаивал он Ангелину. – Я все понимаю, я ведь и сам сирота. Я понимаю, как это страшно потерять кого-то из близких. Наши с Максимом родители были хорошими людьми, они нас очень любили. Как и мы их. Но Бог решил прибрать их к себе.