Рассказы о любви и смерти

И вот тут встретишь ты женщину, красивую, спокойную, а самое-то главное – знающую про свою жизнь, для чего она, и так вдруг захочется ей что-то объяснить, доказать… Зачем? Да кто его знает, зачем…

Такая вот русская история…

Молитва

Она пришла домой и сказала, что доктор дал ей направление на биопсию. Она знала: это серьёзно, но ещё не понимала, насколько. Я смотрел на неё и видел, что у неё всё перепуталось в голове. Она то пыталась думать о чём-то обычном, то страх накатывал.

«Надо сдавать работу, а то скандал будет… Виталик опять звонил… Кажется, я еще ничего, и мордочка довольно капризная… Господи, ведь это неделю ждать результатов… А вдруг… Нет, не хочу думать об этом… Ох, забыла с Машей поговорить, она обещала Вовку к хорошему тренеру устроить, пусть плавать научится…»

Я почему-то сразу почувствовал, что дело плохо.

Я не стал с ней ни о чём разговаривать, а просто потихоньку влез в её сумочку, нашёл телефон доктора и договорился о встрече. Он выложил мне всё сразу, наверное, сообразил, что я не буду заламывать руки и просить его «сделайте что-нибудь».

– Да, – сказал он, – ещё не все анализы готовы, но, в общем, уже понятно, что время упущено и сейчас всё пойдет очень быстро.

– Насколько быстро? – уточнил я.

– Месяц, полтора. Ну, два…

– А что, операцию делать нет смысла?

– Если вы оплатите, сделаем. Но смысла нет. Вы ведь в чудеса не верите?

– Нет, не верю.

– Тогда подумайте, как ей сказать…

– Не надо ей ничего говорить.

– Бесполезно.

Она через пару недель всё поймет, и будет только хуже…

Мы договорились, что доктор предложит ей лечь на дополнительное обследование, потом, как можно скорее, ей сделают операцию, а там уж видно будет.

Она всё поняла сразу и тотчас сломалась. Постарела. Сидела у окна, глядела на улицу, и я понимал, что она думает о том, что вот они ходят по своим делам, и через месяц, через полгода, год всё так же будут ходить, а её уж не будет на свете, вон даже этот дед с палочкой после инсульта будет себе шаркать в магазин, еле переставляя ноги, а её уж не будет.

А то она вдруг принималась глядеть на свои руки, и я снова понимал, о чём она думает: вот они сейчас живые, двигаются, могут чашку взять, а пройдет совсем немного времени – и станут неживые, жёлтые, восковые, вытянутся…

Мне некогда было разбираться в своих чувствах. Я постарался расписать день так, чтобы не было ни минуты, чтобы всё время надо было что-то делать, мне так было легче.