Его чужая истинная

 – Мальва…

Ее встревоженный взгляд полосовал душу и без того растерзанную на куски. И я разозлилась:

– Мам, я взрослая. Все. Давай не будем это обсуждать.

– А с кем ты это обсудишь?

– Нечего обсуждать, – шмыгнула я носом.

– Я всегда рядом. Если захочешь.

– Я знаю, – сдавленно отозвалась я.

В горле встал ком, и я заплакала. Жмурилась, пытаясь сдержать слезы, но не могла.

– Хочу тебя обнять…

– И я, – зажмурилась я. – Мам, все… наладится, да?

– Я не знаю…

– Ты такая сильная. Ты вытащила нас из ада… меня и Сальве… Мам, я хочу быть достойна тебя.

– Тебе не нужно быть достойной, Малявочка.

– Мне нужно. Для меня это важно.

Наши взгляды встретились, и она долго смотрела мне в глаза. Я уверена – она понимала все и даже больше. То, что было недоступно мне. Но так хотелось, чтобы она верила в меня.

– Хорошо. Только ты же знаешь: если я нужна – примчусь к тебе. Ладно? Обещаешь позвать?

– Обещаю, – улыбнулась я сквозь слезы. – Люблю тебя.

– И я тебя.

– Пока.

И я отбила звонок. Как же с детьми тяжело! Наделают всякого, а ты потом нервничай.

– Малек! – вдруг стукнули в двери, и я вздрогнула. – Ты там уснула?

– Ты же слышишь, что нет, – проворчала я, шмыгая носом.

– Ужин привезли.

И это я тоже слышала.

– Маме звонила, – вышла я из ванной и замерла посреди номера. Яр расположился на моей кровати, уплетая большую лепешку. – Будешь сам тут спать в крошках.

– Я аккуратно.

Все же его компания согревала. Но благодарить его за это не стоило, а то он совсем забудется.

– А я отцу звонил.

– Что говорит? – уселась я рядом и взялась за первый попавшийся в руки сандвич.

– Передает тебе, что очень переживает за тебя. И просит напомнить, что он – твой отец и всегда окажется рядом за секунду, если понадобится.

Мда, завидное родство. Повелитель рядом за секунду…

– Как ты теперь учиться будешь?

– Вы говорили с ним об этом? – вздернула я скептически бровь.

– В том числе.

– Никак. Завтра поищем квартиру, потом – информацию о поступлении в медицинский.

– Это моя карточка, – отвернулся он. – Я согласен с твоим планом, но карта у нас на всякий случай будет. Мало ли кто-то попадет в больницу? Или еще что…

– Вот зачем ты увязался, а? – закатила я глаза.

Ужин, правда, был вкусный. Номер – теплым и уютным. А Яр – непривычно сговорчивым. Он не реагировал уже на мои колкости, а глядел в окно, думая о чем-то.