Вознагражденные усилия любви

ХЕНСЛОУ и АЛЛЕН наблюдают с другой стороны сцены).

…И прибыл он сюда, к своим друзьям.

Пусть я кому-то здесь и ненавистен…

ШЕКСПИР. Дик? Дикки? Это ты.

БЁРБЕДЖ. Мои друзья даруют мне защиту…

ХЕНСЛОУ. Хватит.

БЁРБЕДЖ. Пусть знают все, что я – Макиавелли…

ХЕНСЛОУ. Остановите этого человека. С ним скучно.

БЁРБЕДЖ. ПУСТЬ ЗНАЮТ ВСЕ, ЧТО Я…

АЛЛЕН. Прошу извинить, Бёрбедж. (БЁРБЕДЖ замолкает, смотрит на него). Действительно, старина, я не хотел вмешиваться, но, знаешь ли, нет, нет, НЕТ, это не то, что я имею в виду, совершенно не то.

Если честно, что ты там делаешь?

БЁРБЕДЖ. Чего-то не хватает, мистер Аллен, сэр?

АЛЛЕН. Ты уж извини, Дикки, и, пожалуйста, без обид, я знаю, ты тоже актер, в каком-то смысле, но мистер Хенслоу и я просто хотим понять, вкладываешь ли ты в это все, что у тебя есть?

ХЕНСЛОУ. Это скучно.

ШЕКСПИР. Простите меня, но…

БЁРБЕДЖ. Бог в своей мудрости даровал некоторым больше таланта, чем другим, Нед.

ХЕНСЛОУ. Это совершенно очевидно.

АЛЛЕН.

Если это и так, используй все, что у тебя есть, парень. Ты должен быть злобным. Именно ЗЛОБНЫМ, Дик. Это злоба? Ты играешь все это обаятельно, словно продаешь рыбу.

БЁРБЕДЖ. То есть на продавца рыбы я не тяну? Я оказался не в той пьесе?

ШЕКСПИР. Прошу меня извинить. Мистер Хенслоу?

АЛЛЕН. Будь справедлив, Дик. Если в прологе ты не создашь требуемого отношения к этому отвратительному итальянскому типу, потом у меня возникнут серьезные трудности, ты это понимаешь?

БЁРБЕДЖ.

Если честно, Нед, о вас я совершенно не думал.

АЛЛЕН. Так о чем ты тогда думал?

БЁРБЕДЖ. Я думал о пьесе, Нед.

АЛЛЕН. И как называется пьеса, Дик?

БЁРБЕДЖ. «Мальтийский еврей» Кристофера Марло, когда я заглядывал в нее последний раз.

АЛЛЕН. Мне без разницы, кто написал. Кто играет еврея?

БЁРБЕДЖ. Я думаю, вы, Нед. Или вы не знали?

ШЕКСПИР. Мистер Хенслоу?

АЛЛЕН. И на кого, ты думаешь, эти бедолаги придут, потратив их жалкие пенсы? Кого заходят увидеть на сцене? Ричарда Бёрбеджа, компетентного, но неизвестно почему подавленного и саркастичного актера второго состава, или МЕНЯ, Эдуарда Аллена, трагика столетия?

БЁРБЕДЖ.

Разумеется, вас, Нед. Не меня.

ХЕНСЛОУ. Да причем здесь, черт побери, ПЬЕСА?

АЛЛЕН. Я думаю, мы пригласили тебя сюда, так, Дик?

ШЕКСПИР. Мистер Хенслоу, позвольте…

ХЕНСЛОУ. Может, замолчишь и дождешься своей очереди? Это важно.

БЁРБЕДЖ. Разумеется, вы правы, Нед. Мистер Хенслоу пригласил меня.