Правда Za нами!

А юноша со слезами скорби и благоговением спел псалмы над его телом, похоронил его под валуном и пошел дальше, ведомый своим великим призванием.

ЧАС ПЕРЕД РАССВЕТОМ

1. Тьма

Рука еще хранила щекочущий след от прикосновения мягких пальцев врача. Николай почему-то берег это ощущение, поворачивая его в памяти то так, то этак. Прохладные, слегка влажные, приятные такие пальцы. Бывают влажные, да липкие – это противно. Но ведь это врач, он руки свои сто раз на дню моет. Вот потому и приятные – чистые.

У Гали тоже чистые. Вечно со стиркой, вечно с посудой, целые вечера в доме вода шумит. Но у нее пальцы сухонькие, кожа шуршит, как шелк. Он этому удивлялся, помнится, когда с нею познакомился.

Галя! Вспомнил о ней, и отяжелело от тоски все тело.

Галя. Саша. Мама. Всё. Все. Весь мир.

Вместе с комком в горле разлилась откуда-то из недр головы страшная режущая боль, так что он даже охнул и схватился за повязку. Теперь и не поплачешь. И сразу начал думать о повязке. Шершавая сухая марля под пальцами, и здесь, и здесь.

Вся голова забинтована и вся верхняя половина лица. Кожа на щеках и носу болезненно отзывается под бинтами. Здорово порезано.

Очень осторожно, исподволь, наощупь подводил он себя к тому, что услышал сейчас от врача.

От глаз ничего не осталось. Ничего. Так, ясно. Больше не думать об этом. Успеется. Спешить теперь некуда.

Теперь… Да, ведь он куда-то спешил. Бежал, бежал, боялся опоздать… Ах да, Саша. Больше он ничем помочь сыну не сможет. Какой он теперь отец?!

А раньше был какой?

Что-то еще было сказано… Голова, травма черепа, сотрясение мозга.

Это упал так сильно? Ударился обо что-то… Это же на лестнице было… Значит, о ступеньки.

Координация движений восстановится не сразу… Это как же понять? И без глаз, и без координации? Ложку будем мимо рта носить, что ли?

Сколько же дней он здесь лежит? Спал он все это время или был без сознания? Теперь уж и не поймешь. Спал, верно, потому что снились сны, снилась Галя в чем-то цветном… На себя непохожая, но это точно была Галя.

А потом наступила тьма – это было пробуждение. Выходит, теперь все будет наоборот: днем темно, как в страшном сне, а ночью светло и ярко, как днем. И это навсегда. К этому надо привыкнуть.

Совсем близко страшная истина, но сознание опять отшатывается, едва почуяв ее ледяной холод.

Спокойно. Лежать и терпеливо ждать. И все будет хорошо. Скоро, наверно, разрешат прийти Гале. Она расскажет про Сашу… Что она расскажет про Сашу?..