Гретель

Они как раз пили кофе, и Гарик рассеянно отковыривал и поедал корки от хлеба – скверная привычка, на которую Юрик изо всех сил старался не выбешиваться.

– Да ладно. Нам-то что? Хоть садовый гном.

И правда. Нам-то что. Рыжая подписала договор и перечислила кругленькую сумму. Она оплатила услугу.

Он притормозил возле подъезда, вышел из машины и галантно приоткрыл дверцу. Рыжая изящно выставила ножки и сделала ещё один шаг навстречу своей безумной авантюре. Она шла за ним, он чувствовал спиной этот взгляд, эту тревожную электрическую волну.

По ступеням мерно стучали каблуки.

Через пару месяцев придёт снова. Такие возвращаются наверняка. Юрик вздохнул. Возвращаются и приводят новых. По большому, секрету, а как же. Пора сменить квартиру, факт.

– Просто располагайтесь как вам удобно.

В глубине комнаты уютно горел дорогой зеленоватый ночник – плафон из переливчатого муранского стекла и бронзовые завитушки, подёрнутые патиной.

Гарик, за которым вообще-то не водилось привязанности к определённым вещам, увидал его однажды на барахолке, да так и залип. И, конечно, как назло, эта вещица стоила неприлично дорого. Юрик рядился до хрипоты, Гарик зависал в состоянии экстаза, владелец лампы показывал клеймо столетней давности. Отвоёванную стекляшку бережно завернули в сто газет, а потом чуть случайно не грохнули в подъезде.

Рыжую внезапно охватило веселье. Её смешило буквально всё – муранская лампа, фигура Гарика – тощего как вешалка и спокойного как бронзовый Будда, плисовые занавески и диван с пышными подушками.

Ничего, бывает.

– Ой, а мне сюда, да?

– Да.

Всё ещё нервно хихикая, Рыжая устроилась в подушках. Юрик с неприязнью отметил, что она не озаботилась снять сапоги. И ведь не скажешь – клиент! На обивку дивана тут же упал привет из приподъездной лужи – жидкая песчаная капля.

– Наденьте очки.

– Ой, как 5D, да?

– Да, похоже.

–Хи-хи-хи, прикольно. А я не вырублюсь совсем?

– Нет, что вы.

Спокойно, она клиент. Им разрешается быть кретинами. Даже приветствуется.

Через пять минут на кухне Юрик молча достал из рюкзака термос и разлил кофе по чашкам. Они пили в полной тишине. Без сахара, как обычно. За серым окном лил дождь. Рыжая предавалась мечтам. Юрик почти простил её грязные сапоги. Пусть её… хоть кому-то в жизни счастье.