Научите меня стрелять

Поймав себя на этих мыслях, она разозлилась: «Что за бред в голову лезет? Тоже, нашелся герцог Эдинбургский».

Эля еще не достригла мужчину, когда он опять предложил ее проводить. Матюшина опять отказала, но все время, которое клиент еще пробыл в салоне, Элеонора присматривалась к посетителю. Когда мужчина, бросив на нее взгляд, ушел, Настя, чье рабочее место было рядом с Элиным, спросила:

– Кто такой?

– Понятия не имею.

– Врешь,– не поверила та.

– С чего бы мне врать?– удивилась Эля.

– Как он на тебя смотрит! От одного взгляда забеременеть можно,– предостерегла подруга.

– Предложил проводить,– информировала Настю Эля.

– А ты что?

– Отказала.

– Отказала –то зачем? Что с тобой станется, если мужчина проводит тебя?

– Мне почему-то неуютно под его взглядом.

– Так на тебя уже лет пять так не смотрели, от этого и неуютно. Привыкай.

– Зачем? Нет у меня времени на это все.

– На что?– со смехом спросила Настена.

– На это,– со значением ответила Эля и тоже засмеялась.

Объяснить подруге свое состояние было проще, чем себе.

Эля не хотела никаких перемен, даже таких. Какая-то тупая усталость наваливалась на нее, она ложилась после работы на диван, укладывала рядом с собой дочь и читала ей книжки. Больше ни на что сил не оставалось. Даже в борьбе с веснушками наступила пауза. Тридцать лет – это не шутка.

Эля отлично понимала, что такое перспектива с точки зрения изобразительного искусства и легко находила ее в пространстве. А с точки зрения жизни – не видела, как ни старалась.

Ей казалось, что перспективы нет. Кроме Машки. Вырастет Машка, и все, точка, а росла Машка быстро, прямо на глазах. Вечером одна, а утром уже другая.

Вероничка, видя, как Эля мается, пыталась вытащить ее на какой-то спектакль, который поставил в молодежном экспериментальном театре питерский режиссер. Отзывы были самые лестные, критики единодушно называли спектакль явлением и событием. Элеоноре не хотелось ни явлений, ни событий, ей хотелось на диван.

– У тебя осенний авитаминоз,– догадалась Ника и притащила витамины.

Витамины не помогали.

– Давай запишемся в тренажерный зал, – предложила Ника.

– Давай,– легко согласилась Матюшина, уверенная, что до тренировок дело не дойдет, и не ошиблась.

Коллеги в салоне тоже пытались расшевелить Элеонору, работали над ее образом, к созданию которого были привлечены визажист, мастер маникюра и косметолог. Их усилия пропали даром, Элеонора по-прежнему оставалась вялой и неразговорчивой.