Портрет

До постройки будущей ГРЭС – это единственная ниточка, по которой побежит на строительство долгожданный электрический ток. Правда, проводов на опорах пока нет, их натянут мастера-электрики уже после того, как первая бригада покинет трассу. Обидно, конечно, не увидеть своими глазами тот итог, ради которого они сейчас напрягают свои силы с утра и до позднего вечера. Но и обида эта, и все остальное меркнут при мыслях о Ревмире.

Какие только возможности не перебирал в голове Мотька, чтобы найти способ смотаться в Потехино.

Вариант в итоге оказался один, он же основной и, похоже, единственно реальный: упросить Палыча за чем-нибудь туда поехать. Мастер приезжает каждое утро из Холминска на собственной телеге, движущей силой которой выступает немолодая кобыла с банальным именем Ночка. На данном нехитром транспортном средстве из конторы электросетей Палыч доставляет изоляторы, крючья, разный инструмент. Лишь сами столбы были завезены в первый день грузовиком, из кузова которого через снятый задний борт они склонялись к еле заметной грунтовке, связывающей Липовку с Холминском и остальным внешним миром, громыхали, подскакивали на каждой яме, но в итоге добрались до места временного складирования.

Мотя напряженно искал причину, которая могла бы побудить Палыча съездить в Потехино. Но, как водится в таких случаях, та упорно не обнаруживалась. Холминск ближе, контора электросетей там. А даже если причина найдется, то еще предстоит убедить Палыча взять его, Мотьку, с собой. И это отдельная проблема, ибо непонятно, чем Матвей Зарубин так уж необходим по служебным делам в Потехино.

Конечно, подвернись хоть один полный выходной день, Мотька нашел бы способ побывать в музее. В той же Липовке в колхозе есть лошадь, и не одна. Сейчас пахать ничего не надо, пшеница только в рост пошла, сенокос еще не начался. А заплатить за поездку на телеге можно деньгами из зарплаты, все равно их тратить не на что. Только бы выходной случился, а его не предвидится. Если вот столбы закончатся, а новые еще не подвезут, тогда другое дело.

– Хорош курить, поднимаемся! – раздается уверенный голос Коли Егорова, быстро и естественно вошедшего в роль бригадира, словно он таковым всегда и был.

Подниматься Матвею – просто кость в горле. Вот так бы лежать и лежать в траве, вглядываясь в бездонное, зовущее к себе небо. Но вокруг с сопением и покашливанием от крепкой махорки вставали на ноги ребята, а отставать и получать замечание от бригадира и косой взгляд от Палыча не хотелось.