Портрет

Кстати, сам мастер спокойно продолжал сидеть в траве и теребить практически догоревшую самокрутку. Но ему можно, он ведь мастер, без которого тут вообще ничего крутиться не будет. Палыч, например, придумал, как подручными средствами увеличить устойчивость опор. На грунт он не очень надеялся: глина, конечно, не песок, но цемент или хотя бы щебенка не помешали бы, но где ж их взять. В итоге мастер дал указание рубить попадающиеся ровные небольшие деревца и прибивать их с разных сторон к опоре как распорки.

Получалось по четыре-пять штук, каждую из которых они зарывали в землю сантиметров на пятнадцать, не меньше. И поднимались теперь опоры над землей, словно девушки в юбочках. Много лет спустя Матвей, впервые увидев в Москве основание только что построенной Останкинской телебашни, сразу вспомнил эти опоры в платьицах до пят.

Работу Коля распределял так, чтобы все выполняли разные операции по очереди. Сегодня Зарубин весь день копал яму. Было тяжело, но не так, как в первые дни, когда казалось, что никакая сила не в состоянии оторвать лопату от земли.

Матвею рытье ям под опоры нравилось больше, чем их установка. Тут при каждой выброшенной наружу лопате земли сразу возникал пусть маленький, но результат: еще на сантиметр глубже, а вот и очередная ступенька готова. Когда опору устанавливают, там, чего спорить, всё зримее – было пустое место, и вот взамен него устремленная в небо вертикаль. Но, может, именно быстрота изменений и не давала Матвею того постоянного ощущения результата, которое он получал от монотонного углубления ямы слой за слоем. А может, чего греха таить, Мотя просто боялся, хотя и честно старался отогнать от себя страх. При подъеме самой первой опоры удерживаемые неопытными руками ребят канаты выскользнули в разные стороны, и столб грохнулся о землю. Хорошо, что никого не задело. Палыч сумел затормозить падение, что все успели отскочить. Матерился он при этом так, что Мотя ни от кого еще не слышал, даже от хромого Прохора и его ватаги вокзальных воришек. Закончив вполне литературным высказыванием, что из-за таких балбесов и недоумков садиться в тюрьму ему совсем неохота, Палыч принялся заново проводить инструктаж, подробно показывая, как, где и за что надо цеплять и удерживать канаты. Сейчас ребята кое-чему научились, мастер матерился реже и более буднично. Но Матвей всякий раз, когда приходилось участвовать в подъеме опоры, испытывал если не страх, то опасение точно.