Миссия Амальгама

Мы – не актёришки, которые играют космонавтов. Мы – космонавты, которые играют актёров, которые…

– Но, товарищ… капитан, почему так хитровыделанно? – от объёма полученной в минуту информации у Витьки едва пар из ушей не валил. – Если б я о вас не был наслышан, подумал, что лажа какая-то.

Орлов тихо зарычал. Всё-таки ещё не рассосался синяк на астральной пятой точке, под которую ему с товарищами прицельно пнуло государство. Было больно и обидно. Однако, кристалл капитанской души дал трещину, но не развалился на куски.

А полынная горечь, смешавшись с алмазной пылью, превратилась в сложный яд, который уже ждал своего часа, чтобы обратиться против любого, кто посмеет встать у него на пути к звёздам.

– Потому что, ядерный синтез их разорви, игра в жизнь сейчас почему-то в большей цене, чем настоящая жизнь! – выкрикнул Орлов. – За реалити-шоу-потрошоу готовы платить, а за науку – ни черта, хотя сюжет и цель, чёрт дери, совершенно одинаковые.

Вот и бредём окольными тропами, чтоб их…

Глубокий вдох, чтобы не сорваться на кашель – ну правда, что за капитан у армии калек – и последнее:

– Я попробую исполнить твою мечту о полёте, Ивашин. Попробую, слышишь! Взамен требую только одно. Никому ни слова о настоящей цели экспедиции. Ни другу, ни матери ничего не говорить. Даже если будут насмехаться, что ты в артисты подался, даже если отговаривать начнут. Согласен? Подписывай вот тут. И скан отпечатков пальцев не забудь.

***

Информационный щит у дверей Главного выглядел так, как будто где-то недалеко потерпел крушение танкер со следователем и художником на борту. И теперь в голубом пространстве пластика плавали обрывки официальных бланков, куски приказов, прошлогодняя стенгазета и плакат «Слава нашим героям!». Герои – основной и дублирующий состав первого космического реалити-шоу «Амальгама» – были сфотографированы с очень бурым и старым знаменем в качестве фона, что сделало плакат до смешного похожим на выпускной школьный альбом.

Антон Ковалев значился вторым после капитана Евгения Орлова. Фотография была уже основательно засижена мухами, трехмерная голограмма выцвела, но даже так случайный бумагоноситель, летящий по коридорам Штаба космогородка, не сличил бы моложавого мужчину в прямоугольнике кадра и тощую тень, привалившуюся плечом к стенке рядом с информационным щитом.