Общество по защите обесчещенных эльфов

А ты хочешь?

Кончик языка вновь мелькнул между раздвинутых губ. Древний подошел к решетке и прижался к ней лбом.

– Хочу.

Неужели так просто? Я с трудом подавила вспыхнувшее в груди ликование, приказав себе не радоваться раньше времени.

– Ладно. Один кусочек.

Поднявшись на ноги, я двинулась к Древнему, наблюдающему за мной, словно тигр из засады. Я приближалась к клетке медленно, шаг за шагом, и старалась не разрывать зрительный контакт. Мне казалось, что так безопаснее, что пока пленник на меня смотрит, то ничего плохого не сделает.

– Ди-и-ис, – выдохнул эльф, и затылок закололи щекотные иголочки мурашек.

Надо же, запомнил имя. От этой мысли сердце в груди заколотилось еще отчаяннее. И это при том, что по-настоящему меня звали Дианой. Ну, в той, другой жизни, которую я оставила и к которой не хотела возвращаться.

Прижимаясь лбом и носом к решетке, эльф сверкал глазами из-под опущенных ресниц. Его порочный рот был приоткрыт. Пальцы одной руки гладили прутья клетки, другой – небрежно прикрывали наготу ниже пояса.

Красивый гад. Само совершенство.

– Ди-и-ис.

Чувствуя себя бабочкой, летящей на огонь, я остановилась напротив клетки и протянула пленнику миску, чтобы тот взял себе кусочек мяса.

И сразу же, перекрыв кислород, мое горло сдавили жесткие пальцы.

Тарелка выпала из рук, с грохотом разбившись о каменный пол.

– Попалась, – с ненавистью прошипел эльф, пытаясь задушить меня одной ладонью.

Дышать! Нечем дышать!

Я захрипела, задергалась, впилась ногтями в душившую меня руку, раздирая чужую плоть до крови, – тщетно.

Проклятый Древний плевал на боль, которую ему причиняли.

Пальцы мертвой хваткой сжимались на моем горле. Все крепче и крепче.

Паника. Ужасная паника захлестнула с головой.

Больно. Страшно.

Сердце ломало ребра. Губы в отчаяние хватали воздух, но тот не поступал в легкие.

Я задыхалась.

О господи, я сейчас умру! Меня задушат!

Нет-нет-нет-нет!

Я не могу умереть. Не сегодня. Не так. Рано.

Сквозь слезы, брызнувшие из глаз, я увидела, как ошейник на горле Древнего загорелся багровым светом.

Мне показалось, что он даже стал немного туже. А потом я поняла: не немного. Пока эльф душил меня, зачарованный рабский ошейник душил его. Потому что пленник представлял опасность. Потому что причинял боль хозяйке.

Вспомнились слова владелицы борделя: «Твоя магия, милый, надежно запечатана. И физическая сила тоже под контролем. Дернешься – будешь скулить от боли, как побитая собака».