Свободное падение

Ветер в голове.

Со связями отца – редактора областной газеты – Кристина через год уже могла считать себя студенткой журфака, но, так и не сладив со смятением чувств, в десятый класс решила не идти – с дипломом восьмилетки поступила в медицинское училище.

Потерянный год? Пофиг мороз! Паспорт в кармане. Взрослая. Что хочу, то и мучу!

Отец был обижен, отношения с ним потеряли былую теплоту, впрочем, в то время это казалось потерей не большей, чем сломанная сигарета. А потом у «старика» пошёл разлад с матерью – ссоры, глупые игры в молчанку, добавление в игнор: «Передай матери, у неё что-то на плите горит… Передай отцу, его ужин в холодильнике».

После развода отношения отца с дочерью совсем охладели: так… звонил раз в неделю, иногда встречались на террасе какой-нибудь кафешки. Точка.

Парни, с которыми приходилось сталкиваться в училище, не вызывали у Кристины ничего кроме презрения. Времена были «пацанские», и даже тщедушный «ботан» в очёчках пытался гнуть пальцы веером и ботать по фене.

Рисовались друг перед другом, стоили из себя крутых самцов: «Ничё так, тёла. Зацени корму». С видом знатоков нагло разглядывали Кристину, пренебрежительными струйками пускали сигаретный дым, а потом злобно шипели ей вслед: «С-сучка!». Но последнее это уже так… лекарство для души после её категоричного: «Туалет в конце коридора, шли бы передёрнули коллективно. Сухостой, говорят, вреден для здоровья».

Исключение составлял Серик – от фамилии Сериков. Щупленький, невысокий, без понтов.

В тот день четверо однокурсников прижали его к стене позади главного учебного корпуса. Кристина курила неподалёку, равнодушно наблюдая за разборкой, потом не выдержала – смяла о шершавую бетонную стену окурок:

– Эй, убогие! Может, помочь? А то чё-то маловато вас против одного.

Парни насторожились. Ей и раньше доводилось строить их по струнке. Робели перед её красотой, перед недоступностью, перед уверенностью, граничащей с наглостью. Боялись возможных последствий, – много «крутых» пыталось добиться взаимности Кристины.

А ещё была она на год старше, плюс пара-тройка условных лет на опережающее женское развитие. Она-то и не думала о них иначе, как «щенки».

Презрительно оглядев притихших парней, Кристина поманила Серика пальцем.

– Иди за мной.

– Чеши, пока трамваи ходят, – запоздало осмелел кто-то за её спиной.

Кристина не обернулась, и Серика за рукав дёрнула, чтобы не оглядывался. Много чести.