Рассказы

…Констанций поклонился и выступил вперёд к трону. На нём было голубое одеяние, которое сочеталось с цветом белокурых волос. Дафний стоял в стороне.

– Ну, что заставило вас прийти ко мне? – Максимиан смотрел на Констанция.

– Один из лекарей злоупотребляет Вашим доверием.

Император с досадой вздохнул.

– Я так и знал, что их дела совсем не государственной важности. Хорошо, я слушаю вас. Что это за лекарь? Кто он?

– Пантелеймон, как он себя называет.

– Пантелеймон? Да, припоминаю. Это тот самый красивый юноша, который уехал в Никомидию, чтобы похоронить отца?

– Да, это он.

Максимиан усмехнулся.

– Ну и что же натворил этот юноша?

– Он проповедует учение Христа и занимается шарлатанством. Ходят слухи, что, якобы, он исцеляет его именем, поэтому все больные идут к нему. Он обращает их в новую религию, носит старые одежды, словно бродяга, хотя, отец его был рабовладельцем и имел состояние.

– Это – слухи, чем же они подтверждаются?

– Мы сами видели и можем свидетельствовать против него, – сказал молчавший Дафний.

– Что ж, пусть приведут его ко мне.

… – А дальше какая участь постигла живописца? – Пантелеймон ещё раз взглянул на икону со светлым ликом Христа. Руки неизвестного художника тонко запечатлели улыбающийся лик Учителя.

– Он ушёл в Грецию, желая избежать гонений. Сейчас же никто не знает, что с ним.

Пантелеймон взял иконку.

– Точно такую подарила мне когда-то моя мать.

Ермолай налил полную кружку козьего молока, Фессалина пекла свежие лепёшки, которые она затем разламывала и преподносила к столу.

– Выпей-ка это и ложись. Возможно, завтра тебя ждут более серьёзные испытания.

– О чём Вы говорите?

– Ни о чём, ложись.

Пантелеймон выпил молоко, свечи были погашены, пахло свежими лепёшками.

…На заре кто-то сильно долбился в дверь, Ермолай приподнялся со своего скромного довольно жёсткого ложа, встряхнул головой. Стук показался ему очень подозрительным – последователи Учителя входили тихо, со смирением.

– Откройте! – послышалось снаружи.

– Кто это? – прошептал проснувшийся Пантелеймон.

Ермолай пожал плечами:

– Не знаю.

В дверях стояли двое из стражи – один сам начальник охраны Александр Траянский. Он нахмурился, посмотрел на стоявшего перед ним юношу.

– Эй, парень, ты должен пойти сейчас со мной.

– С Вами?

– Император ждёт тебя.

Он обнял пресвитера и молча последовал за стражей.

…В императорском дворце ещё горели факела – их тушили только, когда наступал день.