Капелька. История любви

Это было тихое помешательство, тогда подумала я. Я оставила его одного. Он закрылся на ключ. Я слышала. Я ушла. Ночь стала для меня кошмаром.

– Вы думали о нем? – Изольда с состраданием глядела на измученную, смертельно уставшую, но далеко не старую, а молодую женщину, которая давно поставила на себе крест.

– Нет. Ната стонала. Во сне.

– Как стонала? – не поняла Изольда.

– Тихонечко и дышала прерывисто.

– Вы думаете, она что-то чувствует… к нему? Я имею в виду, она чувствует, что кому-то плохо.

– Она же его не знает. Как она может чувствовать, что плохо тому, кого она не знает? – Вера почти стонала.

– Но ведь он думает о ней, а она может улавливать мысли, которые мы не можем ощущать, – рассуждала Изольда.

– Вы так считаете? – Вера задумалась.

Она вспомнила, как Ната, бегающая по зеленой траве неожиданно остановилась, и личико ее было направлено туда, где стояли они. Она тогда подумала, что она почувствовала, что на нее смотрит мать, но ведь первым на нее смотрел Ренат.

– Да, да…, может быть, все может быть, – словно в тумане соглашалась Вера. – Но я не понимаю, что с Ренатом?

Она взглянула на Изольду и поняла, что Изольда сама мучительно ищет ответ на этот вопрос.

– Они оба никого не подпускают, – вдруг испуганно зашептала Вера. – Он оградил себя немой стеной, а она…, она толкает, отталкивает всех от себя. И Яна, и меня…, она толкается… Никто не учил ее этому.

– Вера, присядьте, отдохните. – Изольда встала. Начала не сразу. – Я должна открыть вам правду. Я встречалась с профессором…, ну, не важно, с кем. Он отказался делать операцию. Наотрез. Он сказал, что я сама скоро перестану и видеть, и слышать и без его вмешательства. Я слишком древняя, Вера, чтобы могла что-то передать в дар этому несчастному дитя.

– Вы?! – Вера задохнулась. – Вы хотели пожертвовать собою?! Я никогда, никогда не допустила бы этого!

Изольда подошла к ней поближе.

– Вы, Вера, и не узнали бы об этом никогда. Я ведь хотела отдать всего по одному органу. Бедная девочка, зачем ей то, что скоро снова отомрет? Но дело не в этом. Далеко не в этом, моя дорогая Вера. Профессор, которого все считают сумасшедшим, открыл мне великую тайну.

Он сказал, что Бог знает, что делает. Что Бог никогда не лишает всего.