Капелька. История любви

А за роялем сидел тот самый юноша, которого рано утром ждала, бегающая по зеленой-зеленой траве и поразившая его своим неповторимым природным естеством юная девушка.

Он понимал, что теперь девушка никуда не денется. Он знал, где ее искать, но не мог дождаться последних шагов Изольды, чтобы освободиться и бежать, бежать к сцене…

Но Изольда, словно нарочно, еле – еле передвигала ноги.

Потом остановилась со словами, – Давайте послушаем. Это чудо, это просто чудо. Давно я не слышала таких грустно щадящих звуков.

Это не простая музыка, это мелодия небес…, – она говорила что-то еще…

А он успел возненавидеть и эту немолодую женщину, и ее немощность, и ее навязчивое общение, но каким-то чувством понимал, что уже не может без Изольды, словно сам был тоже сотворен изо льда, и боялся заледенить эту маленькую изящную нежную Капельку.

И, когда Изольда, наконец, выскользнула из его рук, далее было неприлично пользоваться услугами мужчины, он, к своему удивлению, не тронулся с места, а стал смиренно дожидаться ее возвращения.

Стихла музыка, а он все стоял, не смея заглянуть в зал. Он представлял, как девушка вновь готовится играть. Как она смотрит на юношу, он делает ей знак и вновь звучит невинная музыка ветра и дождя.

А может быть, сейчас взойдет ослепительное солнце, которое согреет всех своими нежными лучами, растопит беды, печали…, или заставит забыть: все радости и горести, позовет в даль неведомую, поднимет со дна души забытое, но тщетно рвущееся на свободу, как тогда в далекие времена, когда чудилось, все только-только начинается…

Он не заметил, как напружинился в ожидании…, но было тихо.

И вдруг загремела, во всяком случае, так показалось ему, что именно гремела музыка. Затем послышались слова обычной песни. Но ему было непостижимо, как музыка разнилась со словами. Он не улавливал слов. Отказывался понимать их изорванную суть. Словно все было вперемешку, вразнобой. Вот раздается музыка, вот на нее накричали слова, вот музыка принялась убегать, слова метнулись за нею: музыка, слова, слова, музыка…

Ренат прикрыл уши руками, но песня била наотмашь, без труда просачиваясь в него.

Стоял бледным, его подташнивало и качало. Он не заметил появление Изольды.

– Что с вами? Что с вами? – в испуге она не могла вспомнить его имя. Заметив, что он не реагирует, выкрикнула, – Что с вами? Бурый! Бурый, вы меня слышите? – ее акцент был ужасен.

Испуг сделал ее слова неузнаваемыми.