Капелька. История любви

Если бы не его фамилия, он бы не понял, что с ним говорят на родном языке. На фамилию Бурый реакция была мгновенной.

– Меня зовут Ренат. Изольда, вы забыли. Меня зовут Ренат, – тяжело произносил он. Почему-то ему не хотелось на сороковом году оставаться только Бурым.

– Да. Да. Ренат. Ренат, – повторила Изольда, пытаясь запомнить. – Я не забуду. Я не забуду, – заверяла она и никак не могла придумать подсказку, чтобы имя снова не выпало из ее памяти.

Ему тоже ничего не приходило на ум, чтобы помочь ей в этом.

Ренат и Ренат. Он никогда не задумывался, что кому – то нужно запоминать это имя. Он и не догадывался, что все еще был Бурый, но уже не хотел этого.

Он мгновенно представил, как будет называть себя этому удивительному юному созданию. Она, конечно, сразу запомнит его имя. Он и не сомневался в этом. У молодых память цепкая. Особенно, если им кто-то понравится. А он не может не понравиться. Было бы удивительно, если бы он когда-нибудь кому-то не понравился. Вот даже Изольда без ума от него.

А на ее счету немало пронеслось мужчин.

Он поймал себя на мысли, что наверняка выглядит юношей в глазах немолодой, но все еще удивительно притягательной особы. Довольная улыбка гуляла на его губах, когда он услышал.

– Вы уже далеко не молодой человек, чтобы так поступать со своим здоровьем. Вам теперь его по крупинкам очень бережно собирать надо…

Как сквозь сон услышал он ее старческий голос. Они медленно, медленно пошли.

– Вы думаете, что молодость вечна.

Нет, – печально вздохнула она. – Далеко не так. Она ураганом проносится за секунду. За долю секунды. И вот вы уже замедляете шаг, речь, движения, мечты ускользают из-под ваших ног, а вы все еще надеетесь, что вот сейчас, сейчас, еще немного и вы ухватите то, ради чего жили, то, что давным-давно было щедро даровано вам и безжалостно, безвозвратно, без какого-либо раскаяния растоптано, распылено, разбросано вами…

Он слушал Изольду сквозь шум, который напоминал гул откатывающих и накатывающих волн, а ее речь еле-еле пробивалась сквозь бьющие о песок морские волны, ее слова были брызгами ото льда, которые накрывали его с головой, обдавали холодом и бросали в жар одновременно.

Он не чаял, когда они войдут в зал. Он сейчас мог думать только о Ней.

В какой-то момент ему показалось, что вот сейчас они пройдут с Изольдой к своему столику, а там будет ожидать их Она…

Он оцепенел. За их столиком сидела…Вера.