Экзистенция

И диск потускнеет, жаром опаленный,

И края окаймятся белой окалиной,

Последний луч вспыхнет светом напрасным

И в сгустившейся тьме всё станет ясно:

Ты родился как лист из липкой почки,

Став в песне судьбы короткою строчкой,

Вписав свою жизнь во времени мантру,

Поместив её между вчера и завтра…

…И лист распускается, чувствуя силу,

Забыв, что однажды всё скроет могила.

Ты рискуешь, надеясь, что всё обойдётся,

Но есть сила, пред которой меркнет и солнце.

Она решит за тебя, что ложно, что верно,

Раздавая венки из лавра и терна,

Решая кому стать земною звездою,

А кому быть в улье рабочей пчелою,

Кому подняться к вершинам, кому опуститься, —

Каждый видит своё небо Аустерлица,

И каждого ждёт своя последняя битва,

И каждый, глядя на небо, свою шепчет молитву…

…И чёрный цвет дрогнет, свет пропуская,

И брызнут лучи из-за тёмного края,

Земля будет покрыта увядшими листьями,

И глаза ослепит свет чистой истины…

Чайка

Там, где море сливается с небом,

В синей дымке у самого края

Скользит над вспененным гребнем

Чайка, отбившаяся от стаи.

Ветер рвёт её хрупкие крылья,

Море тянется хищною пастью;

Чайка бьётся, ей нужно быть сильной,

Чтоб не дрогнуть и не упасть.

Обезумев, грохочут волны

И брызжут солёной слюною,

Чайка мечется белою молнией

Над разъярённой водою.

Непослушный ребёнок природы

В бушующей гибельной круговерти,

Но кто знает цену свободы —

Тот не боится смерти.

Жизнь за пару секунд в полёте,

Жизнь – какая-то малость…

И когда море её проглотит,

Чайка будет знать, что хоть попыталась.

Insomnia

Табачный дым как едкая щёлочь

Выедает глаза, время – полночь;

Стрелки еле дрожат на циферблате,

И бессонница ждёт у изголовья кровати.

Она как палач на эшафоте,

Готовый приступить к своей грязной работе, —

И топор занесён над больной головою,

И мысли текут, не давая покоя:

Как много прожито лет и как всё-таки мало,

Приближенье конца знаменует начало,

И хочется думать о чём-то главном и важном,

Но у правды нет глаз, и становится страшно;

И все разговоры о высших материях

Бесполезны для тех, кого нет в новых сериях

Киноленты, в которой все мы герои:

Кто собственной кухни, а кто – Древней Трои;

Жизнь как силуэт на фотоснимке,

Бессонные ночи с печалью в обнимку.

Всё скучно и глупо в выцветшем мире —

Белый шум бессонницы в чёрном эфире.