Дневник школьника уездного города N

Нам он ее почему-то не показывал – никто из нас ни разу в живую ее не видел – только на фотографии со страницы ВК, хотя они встречались уже пару лет. Иногда в отсутствие Игоря мы шутили, что никакой девушки на самом деле нет – он просто хорошо проводит время со своей правой рукой. Но на самом деле кого-кого, а Игоря заподозрить во вранье причин не было. Так мог бы сделать Сева, или Тарас, или даже Авдей (хотя вряд ли), но только не Игорь. Видимо, его нежелание знакомить ее с нами было от того, что он четко разделяет друзей и личную жизнь.

А может, просто оберегает ее от нас?

Я сидел на перекладине в конце «змейки». Авдей бросал мелкие камешки в стеклянные бутылки в кустах. Тарас отжимался на брусьях. Внезапно я чуть не грохнулся на землю, когда увидел, как мимо нас с пухленькой черноволосой подружкой шла Корнилова. Корнилова собственной персоной! Не знаю, отчего я так удивился. Я просто никак не ожидал увидеть ее там. Казалось немыслимым, чтобы Корнилова ходила по тем же тропинкам, что и я.

Но еще больше меня поразило – я прямо прирос жопой к перекладине – когда Тарас, спрыгнув на землю, начал болтать с ней.

Она, мимолетно скользнув по мне взглядом, как по лишнему раздражающему предмету интерьера, ответила Тарасу:

– О, привет!

Они болтали минут пять. Подруга Корниловой застенчиво топталась на месте. Авдей, падкий на девушек, включился в разговор. Сама Корнилова… Черт, она заигрывала с ними, что ли?! Не знаю – я не понял, но ее большие глаза стреляли то на одного, то на другого. Я не мог в это поверить.

Казалось, будто меня окунули в абсурдный и бессмысленный сон, в котором все перевернулось с ног на голову.

Потом Корнилова с подругой ушли, а я набросился на Тараса:

– Откуда ты ее знаешь?!

– Она живет недалеко от нашего коттеджа. В детстве вместе ходили в детсад, – невозмутимо ответил Тарас, запрыгивая обратно на брусья. – А ты что так возбудился? Понравилась?

Я только фыркнул в ответ. Мне почему-то вспомнилось, как в девятом классе мы разгромили комнату для уроков труда.

Трудовик вышел куда-то на полчаса, а когда вернулся, обнаружил класс в полной разрухе: перевернутые парты валялись в беспорядке по всей аудитории, сорванная доска блокировала вход, пару стульев торчало из форточек. Трудовик постоял некоторое время, молча обозревая поле брани, выгнал нас, запер класс и побежал жаловаться руководству школы. Через пять минут мы впятером уже стояли в кабинете директрисы. Нам сказали искать новые школы. Тарасу угрожали отцом.