Пропавшие Герои, или Воин и Дева

Ночью же, когда мечи мерцали, как свечи, и отгоняли мрак, вокруг Воина образовался круг храбрецов, подобных ему, вели они мирные беседы и тихо пели песни в дальнем углу Чертога. И думал он, настало время для вопросов, но не смел он задавать их, ибо пристально глядел на него Старец, наблюдал. Под взором его стыдился Воин расспрашивать да ставить под сомнение устройство заведенного порядка. Подумал он, что завтра не будет он так рьяно сражаться, проиграет битву, а внимание достанется другому, перестанет Владыка смотреть на него, тогда-то он и расспросит своих товарищей о здешних местах.

Не успев додумать свою мысль, он был потревожен девой. Она тронула его за плечо, он повернулся, остальные застыли в огненном вожделении.

Как и прежде, красива была она, и, как и прежде, была она ему ненавистна. Красавица со злобой взяла его руку и повела в сокрытую палату. Воин видел, как замирают подле него герои, жаждущие деву. Потом Воин и она шли темными коридорами, куда слабо долетал свет мечей – установился приятный глазу желтый полумрак.

Тепло дерева и тепло ее влажной ладони. Они шли, молчали и ненавидели друг друга. Потом некоторое время было темно, но они продолжали идти, дева совершала точные шаги в непроглядном мраке – три шага вперед, затем направо и еще семь шагов…

«Зачем эти тайны? Даже если и найдут воины сокрытую палату, все равно они не смогут касаться ее», – злился он и крепче сжимал ладонь красавицы, до боли. Но она молчала. Гордость не позволяла признать, что ей больно.

В темноте отрылся теплый и мягкий свет, они вступили в него.

2

Палата была маленькая, но уютная и впрямь сокровенная. И странным показалось Воину, что не мечи освещают ее – веяло хвоей, горела сосна, а огонь из каменного очага и что-то еще. Стены были деревянные, но не мертвое дерево окружало их – дубовые живые стволы вырастали из пола в ряд, тесно прижавшись друг к другу и образовывая четыре стены, сплетаясь вверху кронами в зеленом лиственном куполе, где в выси мерцали светляки на качающейся в ветре листве.

Весь пол был выстлан шкурами, темными, мягкими. У самого очага в углу, на камнях лежали яства и напитки, каких не было в главной зале. Кувшины с медом, цветные фрукты и горячее мясо с зеленью. «Вот и вся награда победителя: есть, пить да нежиться на теплых шкурах с женщиной, а завтра все мы будем драться за это да лишаться своих голов», – зло думал Воин, рассматривая палату.