Первоклашка

Да и само слово «шёл» не совсем подходило для обозначения процесса передвижения Захара. Едва коснувшись ногой одной ступеньки, он каким-то невероятным образом «перелетал» через несколько следующих, потом приземлялся на вторую ногу, и всё повторялось вновь. Происходил весь этот процесс очень легко, и, главное, Захар совершенно не чувствовал ни одышки, ни тяжести в ногах, как это стало случаться с ним в последнее время при подъёмах по лестнице. Он достаточно быстро освоил своё «нестандартное» состояние, и даже стал регулировать дальность и скорость «перелётов», то сильнее, то слабее отталкиваясь от ступенек.

Насладившись ещё немного ощущением «полёта», Захар вдруг увидел неподалёку от себя массивную тёмную дверь из непонятного материала, немного напоминавшую ту, что вела в кабинет директора на его работе. «Что-то в ней не то», – подумал Захар, и почти мгновенно его осенила до- гадка: «Ручки! На ней ведь нет ни одной ручки!» Подойдя поближе, он протянул руку, чтобы удостовериться, что ручки действительно отсутствуют, и…

Трудно передать, что ощутил он в следующее мгновение.

Страха не было нисколько, у Захара просто захватило дух от ошеломляющей новизны этого совершенно реального ощущения! Он даже повторил своё движение рукой ещё и ещё раз… Всё подтверждалось: рука свободно проходила сквозь дверь, совершенно не ощущая её плотности! Захар вдруг вспомнил кадры из какой-то американской философско-мистической мелодрамы, которую они с женой смотрели ещё в начале 90-х в одном из многочисленных тогда полуподпольных частных видеосалонов. Там главный герой, погибший на дороге, продолжает видеть всё происходящее в совершенно неискажённом виде, и даже пытается участвовать в реальной жизни, но оказы- вается, что он находится в некоем бесплотном состоянии и может свободно проникать сквозь твёрдые предметы. Это почему-то развеселило Захара. Абсолютно по-детски улыбаясь, он осторожно, всё ещё не до конца веря в про- исходящее, попытался прислониться к двери лбом. Голова совершенно свободно и беспрепятственно провалилась в «позадверное» пространство. Тут Захар на долю секунды потерял равновесие, усердно вытягивая шею вперёд. Он полуввалился-полувплыл в какую-то необычную, огромных размеров комнату. Стены комнаты были совершенно пусты. Вся она едва уловимо переливалась разными оттенками того самого приятно-янтарного света, который Захар заметил ещё на кухне у Михаила.