Адвокат’essa, или Поиски Атлантиды

Ощущение было таким сильным, что на мгновение перехватило дыхание.

А. Б. слегка разжал объятия и дал мне возможность вздохнуть. Потом вдруг тихо, осторожно прикоснулся пальцами к моей груди. Я слегка опешила, отстранилась, а он неожиданно положил на левую грудь всю ладонь. Даже сквозь ткань одежды ощущалась горячая кожа его руки.

– Как бьется сердечко твое, – прошептал Петров мне на ухо и поцеловал прямо в ухо, – какое милое ушко.

Его прикосновение к груди очень смутило.

Совершенно необычно, незнакомо и не могу сказать – понравилось мне это или нет. Я пошевелила плечами, высвобождаясь из его ладони и слегка отодвигаясь.

– Тебе неприятно, больно? – встревоженно спросил он.

Я не знала, что ответить, чтобы не обидеть, поэтому подняла глаза и с мольбой посмотрела на него, слегка покачав головой.

– Скажи, что не так? – чуть дрогнувшим, как мне показалось, голосом поинтересовался мой поклонник.

– Так не надо… – все же осмелилась прошептать я.

Он убрал руку и вновь нежно обнял за плечи:

– Можно я тебя еще поцелую?

Мне понравилось, что он спросил разрешения. В ответ я прикрыла глаза и вновь почувствовала прикосновение к губам, только теперь уже не так нежно, а сильно, нетерпеливо, и, наверное, это могло соответствовать часто попадавшемуся на страницах классических романов слову «страстно». Наверное, потому что я впервые испытала такое и искала название переживаемому опыту.

Это было похоже на внезапно подувший ветер, нет, волну прибоя. Такую волну, что у меня зазвенело в ушах. Я услышала, как слегка застонал А. Б., и волна, только горячая, заполнила всю мою грудную клетку, и все тело стало ватным или, быть может, похожим на сироп. Я даже обмякла в сильных руках Петрова, и голова закружилась.

– Давайте посадим меня на стул, – попросила я.

– Давай, – ответил он и вновь, взяв меня на руки, перенес со стола на стул, стоявший чуть поодаль.

Голова продолжала кружиться.

– Можно мне воды или чая?

– Конечно, конечно, солнышко.

«Неужели вот так бывает у взрослых?» – подумала я, пока Петров наливал воду в чайник и включал его. Потом достал из шкафчика чашки, салфетки, какие-то конфеты и печенье и очень быстро все сервировал на столике, расстелил маленькую скатерть на том месте, где я только что сидела.