Всё сразу. Повести и рассказы

Сладкие мечты остались мечтами, столичная жизнь в квартире двоюродной сестры и её мужа была слишком тесной, а обещания «продюсера Алексея» свелись к аккуратной просьбе подарить за сомнительные перспективы выступления на «очень серьёзных мероприятиях» авторские права на самые удачные, на взгляд Максима, песни. Он отказал, и Алексей намекнул, что больше видеть его в своей студии не желает.

Днём Максим работал продавцом в магазине бытовой техники, а по ночам четверга и пятницы – бэк-вокалистом в большом и известном караоке-клубе.

Там его заметил состоятельный мужчина Игорь Анатольевич, угостил коньяком, похвалил красивый голос Максима и пообещал свести с владельцем популярного лейбла. И всё было хорошо – и записи, и первые выступления на московской сцене, но когда однажды босс недвусмысленно намекнул ему, что за дальнейшее продвижение смазливому Максиму нужно «смотаться в сауну с важными людьми», Максим вспыхнул и убежал из роскошного офиса. Мобильника у него тогда не было и, конечно, никто не стал искать «провинциальную звезду».

Так прошёл год, и Максим понял, что остыл, остыл по-настоящему к пению, и, самое главное, пропала в нём жажда вселенской славы. Совершенно растерянный, слонялся он по огромному чужому городу, но домой возвращаться боялся – вполне справедливо он ожидал, как тяжело будет пережить насмешки бывших друзей и осуждающие взгляды родителей, которые его предупреждали, чтобы он подождал ещё немного, не рвался в столицу. Он не знал, как жить дальше, на что надеяться и во что верить.

Как-то вечером, всё так же блуждая по улицам после работы, он решил спрятаться от внезапно хлынувшего дождя в церкви. Зашёл, осмотрелся. Глубоко вдохнул густой приятный запах. Вечерняя служба закончилась, женщина с белой-белой кожей, продававшая свечи и иконы, мельком взглянула на него и вернулась к своим делам. Максим в храме был один, если не считать ещё одной старушки у иконы, которая, прислонившись лбом, что-то нашёптывала тёплому зацелованному стеклу.

Он медленно, стараясь не шуметь, ходил от образа к образу, всматривался в них, пытался понять, что же так тянет людей сюда, под эти тихие своды.

– Молодой человек?

– Да?! – Максим вздрогнул и обернулся. Перед ним стоял священник, невысокий мужчина за пятьдесят, с глубокими глазами и редкой бородой.

– На службу опоздал? Ну, ничего страшного, завтра придёшь, – вдруг улыбнулся он, – Меня зовут отец Филипп, а тебя?

– Я Максим.