Алфавит грешника. Часть 1. Женщина, тюрьма и воля

Над рекою – старый дом родимый,

Лодка – два отстроганных весла,

Заумь листьев, ветерком гонимых,

Белый стих лебяжьего крыла.

«Звезда твоя с моей звездою…»

Звезда твоя с моей звездою

Сошлись по воле сил мирских,

Чтоб, где чужие были двое,

Явилось четверо родных.

И сколько жизнь людей не мучит,

Губя сознание и стать,

Ничто нас в жизни не разлучит,

И никому меж нас не встать.

Ну, а когда погаснут звёзды,

И звук последний отзвенит,

Земля, как раньше свет и воздух,

Меня с тобой соединит.

«Зеркало лжёт, как и все зеркала…»

Зеркало лжёт, как и все зеркала

С их амальгамой слепою,

Если ты та же, какою была

В миг нашей встречи с тобою.

В платье горошком, в платке голубом,

С кожей нежней горностая,

Стройная, гибкая, ну и при том

Иконописно простая.

Локоны ветер взвивает, пьяня,

Солнце слепит и не слепит,

Ты, улыбаясь, глядишь на меня,

Слушая жалостный лепет.

Разве по силам течению лет,

Пусть – с непомерною ношей,

В чём-то ухудшить менталитет

Девочки этой хорошей.

Нет, навсегда ты осталась такой:

Зря ли исходит истомой

Сердце, лишь тронешь горячей рукой –

Бархатной и невесомой.

А отражениям лживых зеркал

Верить, поверь мне, не надо,

Если ты та, что я годы искал,

Пряча тоску под бравадой.

«Зеро мне выпало, зеро…»

Зеро мне выпало, зеро,

Тогда как ставил на себя я:

В мечтах не ездить на метро,

Ведя жизнь сказочного бая.

Тебя до ног озолотив,

И как с отрочества хотела,

В шёлка забрав любой извив

Мною излюбленного тела.

Чтоб быть с тобой без выходных,

Без тяги к новым приключеньям

В объятьях девок молодых,

Приставленных для развлеченья.

И ты поверила в меня,

Моим зарокам и посулам,

Судьбу свою соединя

Чуть ли не с карликом сутулым.

Живя в стеснении – в ответ,

Смеясь, что звали бедолагой,

Надеясь: тяжесть горьких лет –

Оплата будущего блага.

Оно придёт и ты ждала:

Пусть не всего, пусть – частью, долькой,

Но, не дождавшись, умерла,

Не разуверившись нисколько.

А у меня болит ребро

Иль что осталось от него там,

Зеро мне выпало, зеро,

Наперекор моим расчётам.

«Зимою. Тундра. Вечером. Таймыр…»

Зимою. Тундра. Вечером. Таймыр.

Румянец щёк. Усталая походка.

След утренний – уже почти пунктир.

Обеденный – лежит довольно чётко.