Человек, который любил смотреть на чаек

Человек в черном знал, что происходит в жизни Павла, хоть тот и не рассказывал о себе много. Павел не считал его другом, но он видел в нем авторитета, поэтому слова, услышанные из уст этого человека, влияли на Павла, и он, как загипнотизированный, следовал им.

Последнее время человек в черном стал появляться чаще, даже в те моменты, когда его совсем не ждали.

Сегодня Павел был в хорошем расположении духа. Он сидел на кухне один и пил кофе. По утрам он любил выпивать чашечку кофе. Помешивая ложкой гущу, он думал о Лане, вспоминал их последний разговор по телефону, ее звонкий голосок, как нежно звенящий колокольчик, ее смех, ручейком отзывающийся, ее объятия, в которых было столько тепла и нежности.

Когда она его обнимала, Павел чувствовал, что его обнимает вся вселенная.

В это время явился человек в черном. Увидев его, Павел растерялся, его состояние сейчас не располагало к общению.

– Не нальешь кофейку?

«Что за беспардонщина?! – возмущался про себя Павел. – Вторгается в мою квартиру, не поинтересовавшись, хочу ли я с ним общаться, еще и кофе ему подавай.

Может, я и вовсе не желаю его видеть. Уж точно нет никакой радости беседовать с ним сейчас за кофейком».

Впрочем, Павел быстро сменил гнев на милость и угостил гостя кофе. Ароматный запах заполнил кухню.

– Вижу, ты опять пребываешь в романтическом настроении, – начал диалог человек в черном.

– Да, есть такое.

– Опять ты думаешь об этой девчонке! Я уже говорил тебе не раз, что от нее одни ненужные хлопоты.

Она, как ураган, ворвалась в твою жизнь.

– Ты не понимаешь, наверное.

– Что?

– Я люблю ее.

– Ой. Кто бы мог подумать? Завязывай уже с этими телячьими нежностями. Ну, любишь. И что дальше? Романтика, цветочки, поездки в другой город, ты к ней, она к тебе. Что дальше?

– Она переедет ко мне или, может быть, я перееду к ней. Мы еще пока не решили.

– Ты хоть сам в это веришь? – в голосе человека в черном была насмешка. Ему не нравилась Лана, он ненавидел в ней свободу и открытость.

Он сторонился таких людей, как она.

В свободе и открытости он видел опасность. Сам он был несколько скован и зажат, его мир ограничивался определенными рамками. Он даже и не помышлял о том, что эти рамки можно сдвигать, от чего возможностей и свободы станет больше, и в жизни что-то начнет меняться – придет что-то новое, появятся какие-то идеи, завяжутся знакомства, произойдут события…

Перемен он боялся, как огня. Поэтому он не мог увидеть радугу.