Лучший тренер Европы

Каждый свой, порой весьма легкомысленный и пижонский жест, каждое даже дурашливое слово работало у него на две цели: вырастить здоровых духовно и физически разносторонне развитых людей и ярких спортивных звезд. Начинающие средней руки тренеры бегали по бортику, обучая плаванию по методичкам, практикуя зрелищные, со стороны, групповые методы организации урока. Пожилые опытные и именитые наставники запускали детей в воду, давали им примитивные задания и сидели, как рыбаки на речке, наблюдая над копошащейся мелюзгой, вызывая негодование посторонних наблюдателей, считающих их старыми бездельниками.

Павлюков на первых смотрел с насмешкой, а на вторых – с пониманием и уважением, зная, что результаты работы у «старых лентяев» неприятно удивят молодых и не очень молодых «тружеников». Проходило несколько месяцев и на классификационных соревнованиях, вопреки ожиданиям «трудяг», дети «бездельников» проплывали дистанцию в длину бассейна быстрее их подопечных. Что увидят наблюдатели, например, родители малышей с балкона за сорок пять минут занятия по обучению плаванию их чад? Тридцатилетняя энергичная женщина мечется по бортику, свистит, дает команды, которые детки дружно выполняют, работают ножками, ручками, берут в руки дощечки, делают упражнения для дыхания в воду и согласования движений рук и ног с дыханием, в общем, обучение идет на самом высоком профессиональном уровне. Родителям, дети которых попали в эту группу, повезло. А вот другим не повезло. Их тренер, пожилой флегматичный мужчина, сидит, рассеяно смотрит, как малыши дурачатся в воде, ныряют, брызгаются друг на друга и делают все, что им взбредет в голову. Всего несколько раз за занятие он удосужится встать и крикнуть: «Стрелочку сделаем… Кто у нас лучшая стрелочка?!» Ребятишки подходят к стенке бассейна, отталкиваются от него ногой, вытягивают ручки, ложатся на воду лицом вниз или вверх, задерживают дыхание и без движения скользят кто дальше. Одни скользят далеко, почти до середины бассейна, других переворачивает, у третьих начинают тонуть ножки, четвертые скользят успешно, но недалеко. Похвалив одних, пожурив других, флегматик снова усаживается на скамейку и продолжает невозмутимо отбывать свое рабочее время. Когда его подопечные начинают баловаться не в меру, громко свистит в свисток, строит баламутов на бортике, что-то говорит им, а потом разрешает войти в воду лишь четверым из группы в пятнадцать человек.