Инга ложится спать

Коричневая краска кое-где облупилась овалами, открывая болезненно-желтую древесину.

– Бля, а мел есть? – спросила Ирка.

– Вон в зеленой круглой коробке, там с нитками где-то, – ответила Ритка.

– Надо было со школы взять, – засомневалась Наташка.

– Да нах надо, есть же мел, говорю! – Ритка разозлилась.

– Вот, нашла! – Ирка присела на корточки и показала всем короткий огрызок розового мела.

– Ну пипец! Розовый! Девки, вы чо?! – Наташка со всего маху бухнулась на диван.

– Ну и чо? Ну и розовый, где сказано, что нельзя розовый? Хочешь – вон сгоняй до школы, попроси у технички! – Ритка отодвигала стулья, освобождая центр комнаты.

– Сама вот и сгоняй.

– Да всё! Давайте уже. Козлова, ты шторы закроешь или так и будешь стоять?

Ирка задернула шторы, проскрипев алюминиевыми кольцами по карнизу. Развернулась, натянула рукава кофты на костлявые кисти и переплела руки на груди так, как будто сильно замёрзла:

– А точно получится?

– Чо ты ссышь-то? Натах, рисуй уже давай!

Наташка слезла с дивана, уселась на колени и, крутясь по полу, начертила мелом большой круг – насколько хватило руки.

Она поднялась, выпрыгнула за линию, уперлась ладонью в центр и стала вписывать в круг пятиконечную звезду.

– Одним концом к окну – на рассвет, – Ритка ходила вокруг, смотрела, чтобы линии везде оставались сплошными.

– Да знаю я, знаю!

Пентаграмма, нарисованная розовым мелом, получилась немного овальной. Ирка смотрела на неё и чесала бровь:

– Сизова, это же овал.

Надо было одним радиусом делать…

– Вот и сделала бы! Чо я-то?! Это под твой рост вообще-то – ноги вон длинные, как палки.

– Короче! Ир, давай уже раздевайся, – Ритка торопилась, ей казалось, что матери передумают и вернутся из бани.

– Да чо ты гонишь, ща, подожди…

Ирка наклонилась и стащила носок с левой ноги, немного поковыряла ноготь на большом пальце и сняла второй носок. Джинсы бросила на диван. Кофта с электрическим треском слезла через голову, спутав жидкие иркины волосы.

Она осталась в черном лифчике с ватным подбоем и серых трусах-шортах с широкой резинкой. Ритка копалась в другом конце комнаты у книжной полки, перекладывая книги тяжелыми стопками на пол. Ирка приподняла плечи, потёрла ими мочки ушей, расстегнула лифчик, наклонилась и одним рывком стащила трусы. Вышагнула из серого комка ткани в центр комнаты. Её обсыпало колючими холодными мурашками. Ладошки вспотели, оставляя на боках липкие пятна.