Песни забытых островов

Мы шли сквозь торосы, пургу пробивая

И льды расходились, под солнцем стеная.

Вы были верны мне, сильны и легки

И слушались каждого взмаха руки.

Все было отчаяньем гиблого снега,

Исчезли вопросы, сомненья, ответы.

Унынье за шагом лишь шаг растворяет,

Шипит в полынье темнота неживая.

Потеряны сани под треснувшей льдиной

И с ними все наши припасы погибли,

И ветры кружатся, моля о прощеньи,

В себе неизбежное грея решенье.

С ножом поднимаясь, иду я к упряжке,

Я выживу в этом безумьи миражном.

Я день завершу и я буду счастливым,

Я стану великим, коль ночь передвину.

Я каждого вырастил из двадцати,

Мы вместе прошли километры пути,

Я дал имена, я кормил и лечил,

Расчесывал шерсть и командам учил.

Блистает в глазах ваших мудростью скорбной

Небесных отчаяний огненный коготь.

Судьба наша всем в этом мире ясна.

Рыдает, согнувшись в затменьи, луна

К земле повернем мы, желая весну,

День каждый из вас отнимает одну.

И жесткое мясо застрянет в зубах

И солнце сверкнет на доверчивых льдах

Вернусь я в тот дом, уходили откуда

Мы вместе и будет считаться за чудо,

Что выжил я, злым холодам вперекор,

Скрывая навечно свой мертвый позор.

До смерти до самой, мучительно громкой

Я буду внимать лаю вашему звонкому.

Вы каждую ночь у постели моей

Петь будете песню полярных огней.

Я буду вставать, гладить вас и рыдать,

Словами нежнейшими всех вас ласкать,

А вы, языками шершавыми робко

Мне будете слизывать слезы неловко.

И так до утра буду я вспоминать

И каждого буду по имени звать.

Вас двадцать в снега уходило со мной

И лучше бы я не вернулся домой.

3.

Один на планете, один на Суматре,

Вокруг и извне опоясанный мантрой,

Тебя я искал и чрезмерный покой

Меня вовлекал в увлеченье тобой.

Уверенной властью дымились обманы,

Меж бедер твоих мои скрылись садханы,

И только тогда начиналась весна

Когда я к твоим направлялся устам.

4.

Острова исчезают в пугливой сепии,

Небо забывает о градиенте.

Мы с тобою весь мир обмеряли

Каналами и пулеметными лентами.

Из трюма в трюм пробираясь, как крысы,

За собой волокли рюкзаки и ругань,

И красавицы на страницах истерзанных

Улыбались нам из-под коротких юбок.

На прикладе разбитом чужие молитвы,

Все деньги исчезли в гнилых поцелуях.

Семя свое изливая над полем битвы,

Я считаю ангелов на кончике пули.