Тайна царской короны. 12 новых скифских сказок

А беспокойный парнишка тут как тут:

– Ты куда? Ты зачем? Ты когда вернёшься?

Много раз ему объясняли, что нельзя идущему в дорогу задавать вопросы, тому удачи не будет. А Дану будто не слышит.

Разжигает мать огонь в очаге, чтоб лепёшек напечь. А Дану тут как тут – с советами подоспеет:

– Ты не так делаешь! Ты лучше вот этак, по-другому!

А сам так в огонь и норовит свалиться. Однажды мать едва успела затушить вспыхнувшую на нём одежду. А сама сильно-сильно обожглась!

Беда с ним, да и только!

А то как-то вечерком весенним приветил отец из жалости одного бродягу бездомного.

Накормил его и отдохнуть позволил в тенёчке под домом. Бедняга как шёл, так и свалился от усталости. Весь серый, пыльный, в крови запёкшейся, волосы клочьями, одежда – обрывками. Будто волки его драли.

А Дану улучил момент, когда заснул путник, и решил полюбопытствовать, а чем это его сумка наполнена? Зацепило его то, что бродяга-бедняк, а сумка – большая и новёхонькая!

Не раз говаривали ему родители:

– Нельзя трогать чужое добро! Схватишь чужую судьбу! Потом не отвяжешься!

А он и тут не послушался.

Развязал мальчик бродягину сумку, а там ничего не видно. Темно и пусто. Тогда он голову-то туда и сунул, чтоб рассмотреть хорошенько.

И …провалился в неё!

Закричал он от страха что было сил.

Так с криком и шмякнулся рядом со старичком-ворчуном, на серого бродягу подозрительно похожим.

А тот как рыкнет на него по-волчьи:

– Чего орёшь-то? На вот, цепляй да иди, куда все пошли!

Только хотел мальчик сказать ему, что тот ошибся, и никуда он, Дану, идти не обязан, как старичок волчью маску ему на лицо напялил.

Та и приросла.

Чувствует Дану, что всё тело у него чешется. Руками потрогал, а там …шерсть густая волчья проросла! А сзади, на копчике, даже больно стало. «Наверное, ударился, когда падал», – подумал мальчик. Потёр копчик, а там, о, ужас! …волчий хвост виляет из стороны в сторону!

И сам он весь – уже вовсе не мальчик, а настоящий волчонок!

Ужаснулся Дану: «Да что же это такое! Ведь это не я! Я совсем не такой!»

Тут понял он, что правы были родители, когда предупреждали его не трогать чужих вещей.

Не послушался он, вот и схватил чужую судьбу на себя.

А старичок не нарадуется:

– Ну, я пошёл, – говорит, – выручил ты меня, Дану! Не чаял я избавиться от моей звериной доли. Никак не могу жить среди волков. Измучился! А тут ты сам и вызвался на моё место!

Подпрыгнул и исчез.