Мужчина и женщина. Голубцы…

У меня закрыты глаза и я чувствую, как сквозь тучи кто-то добрый и заботливый укрывает меня теплым солнечным одеялом. Укутываюсь и отключаюсь.

Звон колоколов мужского монастыря будит меня. Чувствую себя отдохнувшей.

Иду в женский монастырь и прошу приюта у игуменьи.

Однажды, лет 9 назад, я с детьми ночевала на чердаке старого Храма, монастырь только восстанавливался и везде была стройка. Отлично помню, как засыпая на полу вспоминала кино «Вий» и ждала, когда полезет нечисть из щелей. Внизу всю ночь читали молитвы и ночь прошла тихо.

Сейчас меня поселили в гостинице с новой мебелью, теплым, воздушным одеялом и сказали: «Живите, сколько хотите».

Ночью я опять вспоминала» Вия» и чувствовала защитный купол над собой.

Опачки!!!Я попала в советский мультфильм» Снежная королева», в момент, когда, уставшую от поиска Кая, Герду приютила в своем волшебном саду приятная старушка. Внешне игуменья очень похожа на эту старушку – маленького роста, чуть сгорблена, седая с голубыми глубокими глазами.

Необыкновенное ощущение просыпаться под звон колоколов в 5—40 утра и идти на службу в Храм мимо цветущих огромных пионов и белоснежных яблонь и груш. Я маленькая, заблудившиеся Герда. Где-то за стенами идет другая жизнь, сменяются времена года, что-то происходит, а здесь тишь и благодать.

В монастыре принято нести послушание. И моим послушание, очень ненавязчиво и постепенно, становиться послушание – быть рядом с матушкой. Матушкой называют игуменью, настоятельницу монастыря, простых монахинь принято называть – «мать» и имя.

Так вот, монахини искренне сочувствуют мне. Быть рядом с матушкой («Настоящая игуменья» – так охарактеризовала её одна из прихожанок), дело почетное и непростое. Из местных монахинь на это послушание не загонишь никого. И постепенно из сказки о доброй девочке Герде я попадаю в триллер» Убить Билла»!!! И превращаюсь в героиню Умы Турман, в момент когда она проходит обучение (послушание) у белобородого старика- мастера (матушки).

В 45 лет оказалось, что я ничего не знаю, не умею, всё делаю не так, а если что-то знаю и делаю так, как три секунды назад было правильно, то это уже неправильно. У меня вертится на уме только один вопрос: «Как я вообще смогла дожить до таких лет?» По логике «такие неумёхи, лентяйки, мерзавки» умирают от голода и грязи ещё в садике, а я детей умудрилась родить и дорастить сына до 23 лет и дочь до 16.

И опять, засыпая, я вспоминаю фильм «Вий».