Письмо в никуда. Мелодрама

И тогда вновь начинаешь задумываться над вопросом, а не будет ли твоё письмо – «письмом в никуда». Не вернётся ли оно назад со штемпелем, указывающим на то, что такие люди по данному адресату больше не проживают! Почему-то мы всегда думаем, что наши родители вечные и никогда не стареют, хотя у самих уже давно виски обелены сединой. Конечно, хочется надеяться, что твои родные живы и здоровы, но ведь есть старики, которые не могут подняться с постели, которым некому и даже не на что купить кусок хлеба. Как правило, у таких несчастных родителей тоже есть великовозрастные дети, которые, как и ты, даже не представляют об их жестокой участи.

А ведь если быть до конца откровенным, то не таким и плохим было детство в отчем доме. Может иногда и попадало от матери мокрой тряпкой за то, что ослушался или, перелезая через чужой забор, порвал новые штаны. Но разве, становясь взрослыми, мы сами не наказываем своих детей за их мелкие провинности и безобидную шалость? Разве мы это делаем оттого, что не любим маленьких сорванцов? Разумеется, мы только хотим, чтобы они выросли настоящими людьми. Как правило, под этим понимаем, что они должны обязательно быть ведущими специалистами или же директорами крупных предприятий, хотя сами всю жизнь отстояли у станка и лучшая перспектива на будущее – занять место дворника, чтобы можно было после выхода на пенсию хоть как-то сводить концы с концами. Возможно, наши родители были гораздо умнее чем мы и не делали из нас вундеркиндов. Не пытались любыми путями втиснуть в престижные школы и по блату, а то и за большие деньги пристроить в престижный институт. Разве они виноваты в том, что не все должны стать всемирно известными академиками. Кто-то должен строить дороги, месить лопатой цемент и выпекать хлеб. Разве они виноваты, что мы сидели сложа руки и ждали, словно милости, то квартиры, то машины, вместо того, чтобы самим пробивать себе дорогу. Даже теперь, когда есть возможность многое изменить, разве кто-нибудь из нас хочет этого? Нам постоянно нужен кнут. Необходимо нас вести по жизни, а при необходимости подгонять, чтобы не слишком отставали от сверстников. Но время берёт своё и всё ставит на определённые места. То, что можно было сделать ещё вчера, уже не сделаешь сегодня, и уж тем более, не наверстаешь завтра. И уж если нельзя что-то изменить, то хочется, хотя бы остаться человеком и снять с души обременительный камень. Вот тогда-то и начинаешь более критично подходить к самому себе.