Записки кота Рыжика. Романчик сюр

А тот оказался издателем креативным!

– Мария! Смени фамилию Цукерман! Намучаешься! Маруся Цукерман!? Никуда не годится! Тогда уж имя меняй! На Сару или Цилю! А можно и на Ребекку. – уговаривал ее этот наш издатель Вадим Юрьевич Жарптицин.

Как видите, его фамилия вызывает только приятные ассоциации!

– Все нормальные евреи попрятались под нейтральными Белкиными, Стрелкиными, Березами. А ты рискуешь!

– Нельзя с такой фамилией, Маруся! И Стрелкиной не надо! Я бы, честное слово, не купила книгу автора с такой фамилией! Придумай лучше яркий псевдоним, как у меня! – кричала ей по скайпу подруга и писательница из Германии Мерилин фон Бруннен.

О! Это еще та штучка! Начав марать бумагу, Машка поняла, что интерес читателя будет особо возбужден, если у автора яркое имя. Недолго мудрствуя, она, живущая близ «бруннена», что в переводе на русский означает колодец, взяла себе это звучное имя. Приляпала приставку «фон». Правда, земель, дворцов у нее пока нет.

Моя хозяйка сначала тоже загорелась. По примеру подруги. Стала искать себе яркий псевдоним.

Мария Галицкая. Маричка Бендерко. Маруся Бурячиха.

Будто бы у народа интерес сразу проявится к чтению! Глаз загорится нездоровым блеском. И начнут в ажиотаже сметать ее гениальные книжки, как веселые «перепички» у нас в Киеве, у метро «Театральная».

О! Я так люблю эти сосиски в тесте! Я нигде не ел ничего подобного! Хотя сосискам я предпочел бы, конечно, мышей, обычных, натуральных!

Но потом хозяйка вдруг решила по-своему.

Фамилию оставила. Из любви к мужу. А имя сменила. Теперь она Соня Цукерман. Фамилия и имя, вроде, не в диссонансе!

И мне досталось от этих ее литературных шалостей. Сначала я был Сюжет Романович Завязкин. Но это имя не прижилось как-то.

Соня все время забывала порядок этих слов, стараясь озвучить мой псевдоним. То Роман Сюжетович звала меня, наливая теплого молока в мисочку.

Но тут Соня вспомнила про третье условие гадалки. Беглый Абрам Цукерман должен всегда, ежеминутно, напоминать ей о себе.

И потому теперь меня зовут Абрам Цукерман. Так решила моя суеверная хозяйка.

Но с этих пор я настороже. Соня моя – барышня со странностями. Как бы не взбрендило ей меня еще и.. того! Приобщить к союзу праотца Авраама при помощи бритвы.

Если я молчу, это не значит, что я ничего не понимаю.