Записки кота Рыжика. Романчик сюр

Так что я стараюсь выполнять все ее прихоти.

И вот я прячусь в контейнере, за книжными корешками с именем обезбашенной писательницы Сони Цукерман.

Иногда она демонстрирует меня, выпуская из клетки.

– Абрам Цукерман, мой литературный талисман! – с достоинством представляет она меня всем своим завистникам.

И я с изящной легкостью выгибаю спинку. Поигрываю золотистым мехом натуральной шубки. Томно тяну лапы и красуюсь своей королевской осанкой, ничуть не испорченной отсутствием хвоста.

Пушистая кисточка вместо хвоста придает моей персоне не только рысьего благородства, но и некоторой литературной таинственности и писательского шарма.

Хозяйке взбрело в голову, после происшествия с хвостом, что кот я необычный. Вдохновляю ее. И если нет меня рядом, некому дать ей «волшебного пенделя».

И потому я важный гость на всех книжных ярмарках и встречах с читателями.

Причем Абрам Цукерман -это мое светское имя. Для публики!

А дома я обычный Рыжик, которому теперь она, бесстыжая, дает натурального «пенделя» за то, что я порой… мимо лотка.

Убирать вовремя надо! Я кот интеллигентный и брезгливый.

А с тех пор, как я стал талисманом, оберегающим зарождение ее гениальных замыслов, я требую почтительного ко мне отношения.

Кристалл Сваровски в мусоре

Итак, моя хозяйка наваяла нетленку. «Улетную книгу», как она заносчиво хвалится. Хотя броне дверью прищемило меня, а не ее.

Она решила, что легко вернет деньги в ломбард «Скарбница». Туда, скажу вам по секрету, она сдури, отнесла шкатулку со всеми своими драгоценностями, оставшимися после ее сбежавшего мужа.

И даже прихватила мой золотой медальон на кожаном шнурке. А там моя фотография, индивидуальный номер, адрес, телефон, кличка Рыжик и мой возраст. Хотя цифры в паспорте – это личное дело каждого кота. И я считаю неделикатным совать свой нос в мои персональные и очень интимные данные.

Я всегда молод!

Теперь бриллианты Сони и мой медальон в ломбарде.

И это с одной лишь сумасбродной целью – издать книгу.

Когда мы пришли забирать эту ее «обалденную» книгу, Вадим Юрьевич Жарптицин, директор издательства «Позняки», почесал взъерошенную репу и, пряча стыдливо глаза, выдал нам наш труд.

Потом робко пожелал нам успехов в реализации. И выразил смутную надежду, что, может, моя хозяйка вновь прибегнет к его услугам.

Если книга продастся. Хотя он верит в это с бо-о-ольшим трудом.