Записки кота Рыжика. Романчик сюр

– С такой то фамилией…! Соня Цукерман! Хм..! Я бы вряд ли купил!

– Да конечно, продастся! Какие проблемы! Еще новый тираж с вами забабахаем! А фамилия отличная! – огрызнулась моя хозяйка. – И скоро будет на слуху!

– Ой! Твоими устами…! Книги нынче туго идут. – сменил семитскую тему Вадик Жарптицын. – Народ наш скорее продуктов купит, чем…

– Не говорите… Все уже хорошо! Я оптимистка. У меня сзади крылья и вентиля.., ой, пропеллер!

Продам все. – Обнадежила его хозяйка.

– Ну, дай-то Бог! – с сомнением произнес издатель.

– Хотя ты пишешь прикольно. Я, между прочим, прочел все до конца. Обычно на втором абзаце уже зеваю и дальше не читаю.

Приносят зачастую такую галиматью… И нам, издателям, так сложно!

Надо в мусоре не проворонить бриллиант! Ну, хотя бы жемчуг! Или, на худой конец, кристалл Сваровски! – многозначительно глянул на хозяйку Жарптицын.

Смотрю, моя Соня бровки гордо подняла, напустила важности. Как Федя, помощник Ивана Грозного, из фильма «Иван Васильевич меняет профессию», когда ему на голову шапка Мономаха спикировала.

А Жарптицын продолжает.

– А насчет ошибок ты не парься! Не родилась еще та книга, которая совсем без ошибок! Пушкин, и тот, оправдывался. За опечатки.

Сама же ты все прошерстила. Жена моя вычитку делала. Теща, хотя ни хрена, уже не видит, и та всю ночь глаза ломала.

Ты думаешь, моя корректорша Танька Фитюлькина грамотнее? Тысячу возьмет, а ошибок еще больше добавит.

С этими словами Вадим Жарптицын выпроводил нас из своего издательского дома, находящегося у него в собственной трех комнатной квартире, на Позняках.

Но я люблю Жарптицына. Ведь это у него на кухне я познакомился с Мурочкой!

О..! Это песня! Она любовь всей моей жизни.

Я сначала ее просто не заметил. Запах свеже сваренной курятины отуманил мой разум. И с неодолимой силой сориентировал меня прямиком на кухню.

У хозяйки, между прочим, я сижу на голодном пайке. А все ее скудные средства уходят на погашение кредита в ломбарде, взятого на эту ее «офигенную» книгу. И потому ничего, кроме курятины, в доме Жарптицына, я видеть был не в состоянии.

Но Мурочка с такой изысканной деликатностью уступила мне место возле блюдца с курятиной. И когда я насытился, то, наконец, с изумлением разглядел это гостеприимное небесное создание.