Садово-парковый пейзаж

Ты тогда ещё сказала,

что они как будто чья-то совесть,

заблудившаяся в длинных коридорах

Колизея, не найдя домой дорогу…

Я курю, дым тонет в разговорах.

Поезд движется обратно понемногу.

    Сентябрь 7 2012 г.

Продолжение сна

…война, действительно, закончилась сегодня,

и воины, сложив свои пожитки,

спешат домой, чтоб посчитать убытки

от подвигов, в которых тьма Господня

скрывается, как в домике улитка —

до времени, пока в свою дуду

не протрубит «снегирь» полувоенный,

полугражданский… Дети на беду

ещё не выросли… Сказал какой-то пленный,

что это навсегда – вести войну.

    Сентябрь 8 2012 г.

Перемена места

Поезд выстукивает «славянку» —

на прощание. Утренняя прохлада

заставляет кутаться спозаранку

в тёплые вещи, а кто-то рядом

спит под простынкой – тепло и сухо.

Чайная ложка в изнеможенье

бьётся в стакане. Храпит старуха

на верхней полке, но без движения.

Как-то немыслимо пахнет чаем —

в поезде это особый случай —

за пригоршню мелочи необычайно

вкусное варево – запах тягучий,

смешанный с запахом воблы и водки,

варёной картошки и старых ботинок…

Если поездка и будет короткой,

то хватит надолго дорожных картинок.

И хватит торговок на старом перроне,

вся жизнь для которых – бегущие мимо

вагоны. И ты – наблюдатель в вагоне

им машешь, прощаясь, почти что учтиво.

А после, как будто бы в вечную стужу

вгрызаешься в только что купленный завтрак

холодный, сырой, несолёный к тому же,

но поезд всё дальше уходит на запад,

и высказать что-нибудь – лишь отраженью

в заляпанном, пыльном вагонном окошке…

Старуха храпит, но опять без движенья.

В стакане болтается чайная ложка.

    Сентябрь 9 2012 г.

Козлиная песня

На поле остались раненые – заботы

за шумом победы… Восторженные убийцы

открывают шампанское… Все карты крыты

свежей закуской. Почти счастливые лица.

Знал бы он, поднимая отряд в атаку,

чем всё кончится, видел бы эти лица,

лёжа сейчас в грязи и, как царь Итаку,

вспоминая деревню, но свидеться не случится —

ни ему, ни сотням других, кто в холодной луже

остывает под гром салюта и звон медалей…

но грядущая скоро немая стужа

всё прикроет простынкой до обозримой дали.

    Сентябрь 9 2012 г.

«Проснувшись утром, видишь за окном —…»

Проснувшись утром, видишь за окном —

белым-бело – от снега не от света

от фонарей.