Над условной чертой горизонта

Но ей, мятежной, нет покоя —

пока отсутствует уют,

ничтожной капелькой припоя

опять к земле не прикуют.

«Мне так понравилось, что можно…»

Мне так понравилось, что можно

тебя в себе нарисовать,

отождествить неосторожно

и в губы так поцеловать,

что абсолютно не удастся

единый организм опять

на независимые царства

усильем воли разорвать.

«На таком плато широком…»

На таком плато широком

горизонт – неисчерпаем,

так широк, что ненароком

глубину его пронзаем

и выхватываем взглядом

исчезающие крохи,

кажется – настолько рядом,

что порежешься на вдохе.

Сталкер

С. Н.

Всю ночь ходил вокруг палатки

и ветки мелкие ломал,

под утро чай готовил сладкий

и сетовал: рюкзак твой мал.

Взвалив на плечи свой, огромный,

шёл через чащу напролом

и этим кабана напомнил

с обломанным в боку копьём,

которого хотели греки

от Калидона отогнать —

и получила на орехи

от вепря греческая знать.

Ольга Аникеева

Окончила ГУ Санкт-Петербурга по специальности «экономист». Работаю менеджером. Печаталась в альманахах «Зелёная среда», издаваемых издательством «Любавич» в Санкт Петербурге, а также в альманахах «Окно», «Ижорские берега», «Невский альманах».

Тишина

Замедлив шаг, остановиться,

Не в спешке и не на бегу

Услышать, как вспорхнула птица,

Качнув камыш на берегу,

И в тишине заворожённой,

Пройдя по влажной лебеде,

Увидеть небо отражённым

В озёрной медленной воде.

С орбиты времени упругой

В него сорваться на часок,

И плыть, как облако над лугом,

От вечности на волосок…

Туман

Ну вот и всё. Ушли слова и жесты.

На улицах погасли фонари.

За облако обманутой невестой

Луна сбежала плакать до зари.

И стелется туман над Петербургом,

И дождь смывает краски не спеша.

И бродит по холодным переулкам

Моей когда-то бывшая душа.

Летаргия

Погружая в летаргию,

Теплый дождь, как влажный кокон,

Обволакивает нежно,

Я устало поддаюсь…

Улиц линии тугие

И провалы чёрных окон,

Время кругом центробежным…

Всё проходит? Ну и пусть.