Зов. Антология русского хоррора

Держусь из последних сил, но всякий раз, когда тёмные небеса освещает Aurora borealis, не теми бесцветными, безобидными вспышками, и даже не зеленовато-синими, а алыми, призывными, всякий раз, когда ночные небеса горят, я слышу… С каждым разом всё явнее я слышу её призыв, сопротивляться которому нет никаких сил…

На базу «Норд» наша исследовательская группа прибыла в апреле 1940 года. Официально мы были этнографической экспедицией, изучающей культуру саамов, но, по сути, единственным этнографом в ней был ваш покорный слуга.

Моей задачей было изучение саамских сказок, песен, легенд, что само по себе оказалось делом нелёгким. Саамы ? странный, обособленный народ. Каждый взрослый саам ? нойд, во всяком случае, они твёрдо верят в свой шаманский дар, в то, что своим магическим пением они могут призывать бури и штормы, а также утихомиривать их. Якобы эту силу каждый саам наследует от Древних, спящих в каменных домах в городе, расположенном далеко к северу. Именно туда, повинуясь зову Полярной звезды, стремится попасть каждый саам.

Я тщательно документировал все те немногие материалы, которые мне удалось собрать, далее они изучались в Тайной Канцелярии, а нам потом присылали новые приказы. Особый интерес там вызвали шаманские песнопения, способные ввести в гипнотический транс. Под их воздействием человек становится неуязвим, нечувствителен даже к самой сильной боли. Правда, колдовство воздействовало лишь на самих саамов и не оказало никакого влияния ни на членов нашей группы, ни на других служащих базы «Норд», из чего был сделан вывод, что всё колдовство этих песен заключается лишь в полной вере самих саамов в магию.

На человека образованного, скептически мыслящего они не воздействуют.

Признаться откровенно, я очень надеялся, что отсутствие положительных результатов нашего исследования скажется на экспедиции, и её просто-напросто свернут. Слишком унылый вид открывался нам в этих суровых северных землях. Серые, голые камни, лежащие здесь со времён сотворения мира, покрытые лишь скудным мхом и лишайниками, редкие чахлые деревца, зябко жмущиеся к полумёртвой земле.

Я ощутил себя на краю света, едва ступив на эту землю. Звёзды тут будто бы ближе, оттого хорошо слышно их зов. Точнее, зов одной, беспрерывно глядящей на нас из глубин космоса.

А потом мы нашли этот чёртов камень…

Нам продал его один старый норвежец, работавший на базе в команде ремонтников. Камень он нашёл среди вещей саама, замёрзшего насмерть.