Зов. Антология русского хоррора

Душа, трепетная человеческая душа, почувствовав угрозу, затаившуюся рядом, рвалась прочь, стенала ночами, рождая кошмарные сны, в то время как разум был опьянён открытиями и не замечал ничего. До поры до времени.

Несмотря на угнетённое состояние, мы успели многое сделать прежде, чем нас накрыла тьма полярной ночи. Собрали достаточное количество образцов светло-зелёного камня, надеясь позже расшифровать незнакомый язык, а в том, что это был именно язык, никто уже не сомневался. Исследовали также исполинские сооружения на острове.

Они явно были частью древнего города с улицами, арками и тоннелями, ведущими вниз в непроглядную тьму. Увы, к нашему разочарованию, все тоннели оказались затоплены, а большая часть города Древних, по всей видимости, лежала теперь на дне, надёжно укрытая толщей воды и льда. И всё же, несмотря на гибель города, даже от его остатков веяло таким жутким величием, что душу пробирал какой-то космический холод.

Увы, наши открытия сыграли против нас.

Учитывая сложившуюся обстановку на северном фронте, риски, которым подвергались наши суда в северных морях, военное положение и прочее, а также не желая прерывать столь значительное для мировой истории исследование, Тайная Канцелярия решила продлить экспедицию на весь зимний период. Нам предстояло провести на безымянном островке всю полярную ночь. Сложно описать, какие чувства испытывали мы, разгружая провиант с прибывшей к острову субмарины. Мы понимали, что это последнее судно за долгий период времени, которое мы видим и на котором, будь решение иным, могли бы покинуть мрачную холодную обитель на самом краю земли. Но вслух свои чувства никто из нас высказывать не решался. Отчасти, чтобы не прослыть среди остальных слюнтяем. Отчасти ? потому что озвученные кем-то одним они многократно усилили бы всеобщее уныние и отчаяние.

С наступлением зимы было решено перенести наш лагерь ближе к найденному городу, под защиту кубических сооружений.

Была мысль обосноваться непосредственно внутри зданий, но мы вскоре от этого отказались. Всем без исключения начинало казаться, что сами стены несут какую-то необъяснимую таинственную угрозу, едва мы оказывались внутри. Позднее мы рассмотрели искусно сделанные барельефы, поразившие нас до самых глубин. Существа, изображённые на них, имели столь странный и устрашающий вид, что это надолго лишило нас покоя, пробравшись в сны.